Андрей Викторович чуть наклонился вперёд, будто его действительно заинтересовало что-то на мониторе. Мария уловила резкий, знакомый аромат лосьона после бритья — точно таким же иногда пользовался Игорь. От этого сходства ей стало ещё тревожнее. По коже на шее пробежал холодок, пальцы сами собой сжались на краю стола. Она совершенно не понимала, как должна себя вести: отодвинуться, подняться, сделать вид, что ничего не происходит?
Его пальцы на её плече на мгновение стали чуть крепче. Не больно, но достаточно, чтобы Мария почувствовала себя скованной. Она напряглась всем телом и замерла.
Потом Андрей Викторович, словно ничего особенного не случилось, убрал руку и выпрямился.
— У вас муж, кажется, инвалид? — спросил он ровным тоном, будто речь шла о какой-то строке в анкете.
— Да… после аварии, — тихо ответила Мария.
Она снова попыталась привстать или хотя бы повернуться к нему лицом. Разговаривать с человеком, который стоит за спиной, было неприятно и странно. Но Андрей Викторович снова опустил ладонь ей на плечо, вынуждая остаться на месте.
Лишь через несколько секунд он отошёл в сторону и остановился рядом со столом. Теперь Мария наконец могла видеть его лицо — спокойное, внимательное, почти непроницаемое.
— Что ж, продолжайте работать, — произнёс он и, не добавив больше ни слова, вышел из кабинета.
Мария осталась сидеть в полной растерянности, глядя на закрывшуюся дверь. Она пыталась понять, что это было: обычное начальственное любопытство, неловкая манера общения или что-то более неприятное. Мысли путались.
Едва Андрей Викторович ушёл, в дверной проём снова заглянула Екатерина.
— Ты всё ещё за компьютером? А я тебе пирожков принесла, — бодро сказала она и тут же нахмурилась. — Мария, что с тобой? Лица на тебе нет.
— Да так… Андрей Викторович заходил, — неуверенно ответила Мария.
Она сомневалась, стоит ли рассказывать подробности. Всё выглядело двусмысленно, но прямых поводов жаловаться вроде бы не было.
— И что он хотел? — сразу оживилась Екатерина.
— Ничего особенного. Спросил, как мне здесь работается, есть ли вопросы.
На этом разговор и закончился. Андрей Викторович больше в тот день не появлялся, и со временем Мария уговорила себя не придавать случившемуся значения.
Прошло больше двух месяцев. Она уже привыкла к обязанностям, справлялась с поручениями, вовремя готовила документы, а лишнего от неё никто не требовал. Постепенно тревога притупилась, и Мария почти успокоилась.
Но однажды всё изменилось.
В тот вечер ей пришлось задержаться в офисе. Она доделывала бумаги для Андрея Викторовича: на следующий день ожидалось совещание с инвесторами, и нужно было подготовить убедительные материалы, чтобы склонить их вложиться в развивающийся бизнес.
На этаже было непривычно тихо. Такая тишина всегда казалась Марии неестественной: ни голосов за стенами, ни звонков телефонов, ни шагов в коридоре. Она прислушалась и подумала, остался ли вообще кто-нибудь в здании.
От этого стало не по себе. Работы оставалось совсем немного, а закончить её можно было и дома. Мария быстро сохранила нужные файлы на флешку, проверила папки, выключила компьютер и поднялась из-за стола.
В пустом коридоре её шаги звучали слишком громко. Она подошла к лифту и нажала кнопку. Странно, но кабина оказалась занята: кто-то поднимался вверх. Мария уже решила, что лучше спустится по лестнице, как лифт остановился на её этаже, двери разъехались.
На пороге стоял Андрей Викторович.
— Мария Сергеевна, как удачно, что вы ещё не ушли, — сказал он, выходя из лифта. — Зайдите ко мне в кабинет.
— Сейчас? Но я…
Он не стал слушать и просто направился по коридору. Марии ничего не оставалось, кроме как пойти следом. Она смотрела на его широкую спину и лихорадочно пыталась понять, зачем он вернулся так поздно и что ему понадобилось именно от неё.
Она оглянулась. Коридор был пуст, в кабинетах темно, двери закрыты. Всё это ей очень не нравилось.
— Проходите, — Андрей Викторович распахнул дверь своего кабинета.
Мария на секунду задержалась у порога, но он стоял и ждал. Пришлось войти.
— Садитесь, — сказал он, обогнул её и опустился в своё рабочее кресло.
Мария присела на самый край стула у длинного стола, стоявшего боком к его письменному столу. Спина у неё оставалась напряжённой, ладони похолодели.
— Кофе хотите? У меня отличный бразильский, — предложил Андрей Викторович, откинувшись на спинку кресла. — Или, может, коньяку?
Он смотрел на неё слишком пристально, не отводя глаз.
— Я не пью, — Мария опустила взгляд. — Простите, уже поздно. Мне нужно домой. Муж ждёт.
Андрей Викторович не ответил. Молчание затянулось, и Мария, не выдержав, снова подняла на него глаза. Он невозмутимо продолжал смотреть на неё.