Тем временем племянники превратили участок в площадку для бесконечных забегов. С утра до вечера они носились между грядками и клумбами, сминали молодые кустики клубники, наступали на свежие посадки и, пролетая мимо декоративных кустов, обламывали ветки так, будто это были сорняки у дороги.
На втором этаже ситуация была не лучше. В обеих комнатах сплит-системы работали без остановки, выставленные почти на ледяной режим. При этом окна и балконные двери родственники держали распахнутыми настежь: им, видите ли, хотелось, чтобы с улицы тянуло свежим воздухом, но в помещении одновременно сохранялся холод, как в холодильной камере.
Однажды Ирина снова поднялась наверх, молча выключила кондиционеры и закрыла окна. Наталья тут же выскочила в коридор и устроила громкий скандал.
— Ты вообще нормальная? Детей решила задушить? — возмущённо набросилась она, поставив руки в боки. — У них возраст такой, им воздух нужен, движение, прохлада! А ты трясёшься над каждым киловаттом, будто мы у тебя последнее забираем. Уже и для родных племянников электричества жалко?
Ирина не отвела взгляда и ответила спокойно, но жёстко:
— Если вам нужен свежий воздух, открывайте окна. Но тогда выключайте кондиционер. Заставлять технику морозить улицу при открытых дверях — это прямой путь угробить компрессоры и получить огромный счёт. И платить за всё это будем мы с Дмитрием, а не ты.
Наталья презрительно фыркнула, с силой хлопнула дверью своей комнаты и через минуту уже жаловалась брату на бессердечие его жены и её ужасный характер. Дмитрий, как обычно, попытался всех примирить. Он попросил Ирину не заострять внимание на «пустяках» и быть мягче, ведь гости приехали отдыхать.
Только эти «пустяки» с каждым днём всё меньше напоминали бытовые мелочи и всё больше походили на разорение. В середине июля Андрей решил проявить хозяйственность и самостоятельно покосить газон перед домом. Спросить у владельцев, как обращаться с мощной бензиновой газонокосилкой, он не посчитал нужным.
Разогнавшись, он заехал прямо на каменистую часть альпийской горки. Машина взревела, дёрнулась, и через секунду из-под корпуса посыпались искры и осколки. Приводной вал оказался срезан, а стальной нож разлетелся на куски.
Ни извинений, ни предложения оплатить ремонт Ирина так и не услышала. Андрей просто оставил покалеченную газонокосилку посреди мокрой лужайки под начинавшимся дождём и спокойно отправился на кухню пить чай.
Вечером за ужином он ещё и высказал своё мнение:
— Слабенькая у вас техника, честно говоря, — заявил он Дмитрию, будто сделал экспертное заключение. — Какая-то дешёвая китайская игрушка. Нормальный хозяин для дома покупает профессиональную вещь, а не ерунду, которая рассыпается от первого камушка.
Ирина аккуратно положила вилку на тарелку и посмотрела на мужа.
— Эта «ерунда» стоила восемнадцать тысяч гривен и четыре года работала без единой поломки, пока ею не начали пахать декоративные камни, — произнесла она, ожидая, что Дмитрий наконец скажет хоть что-то твёрдое.
Но он лишь неловко кашлянул и пробормотал, что на выходных отвезёт косилку в сервис и сам всё оплатит.
Через несколько дней добавилась новая неприятность. Сломалась дорогая фильтровальная система у бассейна. Племянники после беготни по глинистому берегу речки решили устроить заплыв прямо в уличной обуви. В насос попали песок, мелкий гравий и грязь. Механизм заклинило намертво, двигатель перегрелся и сгорел.
Покупка нового насоса вместе с вызовом мастера обошлась семейному бюджету ещё в двенадцать тысяч восемьсот гривен.
Ирина всё отчётливее видела, как исчезают деньги, которые они с Дмитрием откладывали на осенний ремонт веранды. Продукты приходилось закупать огромными тележками почти через день. Мясо для шашлыков улетало килограммами. А когда в начале августа пришли счета за коммунальные услуги, Ирина долго сидела над ними в полной тишине.
Плата за электричество оказалась почти в четыре раза выше обычной. Скважинный насос трудился на пределе, потому что гости могли принимать ванну по три раза за день, а уличные шланги оставляли включёнными часами, забывая перекрыть воду.
В тот же вечер Ирина открыла на компьютере новую электронную таблицу. Она стала вносить туда всё подряд: чеки из строительного магазина за детали для газонокосилки, квитанцию за ремонт бассейнового фильтра, счета за воду и электричество с вычетом их обычного среднего расхода за прошлые годы. Отдельно она перенесла суммы из банковского приложения — все покупки еды, напитков, мяса, сладостей и прочего, что исчезало в доме с пугающей скоростью.
Последней точкой стал субботний вечер в конце августа. После тяжёлого рабочего дня Ирина вернулась из города и, едва войдя во двор, услышала громкие голоса, смех и музыку. На их летней веранде сидела целая компания людей, которых она видела впервые.
Оказалось, Наталья пригласила своих подруг из соседнего посёлка, да ещё вместе с мужьями и детьми. На длинном деревянном столе были расставлены лучшие фарфоровые тарелки Ирины и праздничные бокалы из тонкого чешского стекла, которые она доставала только по особым случаям. А в мангале весело потрескивали яблоневые поленья, те самые, которые Дмитрий бережно сушил и откладывал для осенней коптильни.