Андрей резко стиснул пальцы в кулаки и, едва разжимая губы, предложил мне выйти поговорить туда, где нас никто не услышит.
Мы отошли за баню, скрывшись от любопытных взглядов родни.
— Ты специально всё это провернула, да? Решила устроить представление и выставить меня посмешищем перед своими же!
— Я просто накрыла стол в точности на ту сумму, которую ты утром оставил на тумбочке, — невозмутимо ответила я.
— Нормально нельзя было поступить? Позвонила бы днём, сказала бы, что денег мало!
— Я сказала тебе это утром на кухне, — напомнила я, не отводя глаз. — А ты ответил, чтобы я не жадничала и добавила из своих.
Андрей на секунду осёкся. Видно было, что возразить ему нечего. Тогда он попытался сменить тактику и заговорил уже мягче:
— Ладно. Давай быстро смотаемся в гипермаркет, возьмём мяса, и всё закроем. Только заплатишь ты своей картой, потому что после эхолота у меня до аванса на счёте пусто.
— Из моих накоплений на это не уйдёт ни гривны, Андрей.
— И чем, по-твоему, я должен кормить людей, которых сам пригласил?!
— Тем, что уже стоит на веранде. И тем, что гости, как оказалось, предусмотрительно захватили с собой.
Муж покосился в сторону дома и недовольно поморщился:
— Шикарный пикник, нечего сказать…
— Ровно на восемьсот гривен. Так, как ты сам и рассчитал.
Когда мы снова вернулись под навес, Ольга как раз перекладывала на большое блюдо привезённые колбаски и уже собиралась нести их к углям. Но разговор внезапно повернулся совсем в другую сторону.
Марина Константиновна перехватила дочь за руку:
— Олечка, положи мясо обратно. Вы ведь это для мальчишек на выходные покупали?
Золовка нехотя призналась, что взяла продукты про запас. Хотя Андрей накануне уверял всех по телефону, будто на даче их ждёт богатый стол, и всё, разумеется, будет за его счёт.
Родственники дружно перевели взгляды на Андрея.
Картина сложилась простая и неприятная. Матери он расписывал собственную щедрость. Сестре обещал покрыть все расходы. Дяде рассказывал про размах и настоящий праздник. А жене, то есть мне, просто велел достать деньги из своей зарплаты и молча всё организовать.
— Андрей, так в чём же именно состояла твоя щедрость за твой личный счёт? — с тонкой усмешкой поинтересовалась Ольга.
Муж нахмурился и пробормотал, что не обязан перед каждым докладывать о семейных финансовых вопросах.
Свекровь тяжело вздохнула и попыталась замять неловкость:
— Ну хватит уже парня пилить. Житейская ситуация. Алёна тоже могла бы ради семьи пойти навстречу. За столом же не чужие люди сидят.
После этих слов я спокойно сунула руку в карман кардигана и достала ещё один лист.
Это была накладная на садовую мебель из массива лиственницы.
За десять дней до этих самых шашлыков Марина Константиновна попросила меня заказать на дачу прочный деревянный стол со скамейками, потому что старый уже буквально разваливался. Андрей тогда уверенно пообещал оплатить покупку со своей карты, как только появится возможность.
В итоге весь заказ я закрыла сама. А муж благополучно забыл вернуть мне деньги, потому что свободные средства ушли на тот самый эхолот, лежавший теперь в его машине.
Я положила распечатку прямо перед Андреем:
— Раз уж мы сегодня говорим о широкой душе и умении не считать каждую гривну, верни мне сейчас шестнадцать тысяч восемьсот гривен за этот комплект. И тогда я с удовольствием съезжу и куплю любое мясо, какое вы захотите.
Сумма в документе почти совпадала со стоимостью рыболовного прибора, которым Андрей так гордился.
Он мгновенно покраснел:
— Мы же договорились вернуться к этому после праздников!
— Вот сейчас как раз самый удобный момент и настал.
Первым не выдержал дядя Андрея: он громко рассмеялся, даже не пытаясь скрыть веселья.
Марина Константиновна внимательно изучила квитанцию, плотно сжала губы и уже совсем другим тоном спросила у сына, почему за общий дачный заказ до сих пор не рассчитались.