Но ведь я всё равно почти ежедневно то спускаюсь, то снова поднимаюсь. Иногда мне хочется просто выйти, пройтись по улице, подышать воздухом, а это опять лестница туда и обратно. Бывает, с девчонками выбираемся то в кино, то в театр, да и вообще…
— Я тебя услышала, Ирина, — перебила её Ольга. — Только, если честно, движение ведь тоже полезно. Недаром говорят: пока человек ходит — он живёт. Может, в этом есть и своя хорошая сторона, что ты постоянно не сидишь на месте?
Ирина сразу напряглась. Слова подруги её задели, и раздражение быстро вытеснило прежнюю усталую жалобность.
— Сейчас я ещё как-то справляюсь, — резко сказала она. — А через пять лет? Через десять? Ты об этом подумала? К тому же именно сейчас я могу переехать, у меня ещё хватает сил заняться ремонтом, расставить мебель, сделать всё под себя. А что будет потом — кто знает?
Ольга, похоже, тоже начала выходить из терпения.
— Знаешь, что я тебе скажу? Если бы ты действительно решила менять жильё, ты бы уже что-нибудь предприняла, а не годами ходила по кругу с одними и теми же разговорами. Выходов полно. Можно нормально поговорить с дочерью, объяснить ей, что квартира всё равно потом останется ей. Можно оформить дарственную. Можно, в конце концов, сдавать нынешнюю квартиру, а самой снять такую, где тебе будет удобно.
Ирина медленно поджала губы.
— Пожалуй, мне пора, — сухо произнесла она. — А то ты сейчас ещё посоветуешь мне в ипотеку влезть на пенсии.
— А почему нет? — не отступала Ольга. — Ты же не простая пенсионерка, а главный бухгалтер. Только не начинай рассказывать, что у тебя совсем нет денег.
— Мои деньги — не твоё дело, — буркнула Ирина и решительно поднялась из-за стола.
Ольга, конечно, здорово её разозлила. Но уже по дороге домой Ирина вдруг поймала себя на том, что, несмотря на обиду, в глубине души благодарна подруге. Та ведь сказала правду. Вариантов действительно было больше, чем один. Ирина сама загнала себя в угол, годами упрашивая дочь сняться с регистрации, слушая обещания и расстраиваясь из-за того, что ничего не меняется. Почему она раньше не посмотрела на ситуацию иначе? Зачем столько времени мучила себя ожиданием? Это уже походило на какое-то добровольное истязание.
«Ладно, — решила она. — Для начала спокойно поговорю с Дарьей. Без упрёков, без давления. Просто объясню всё как есть».
И словно кто-то наверху услышал её мысли: в этот же день позвонила дочь и сама сказала, что им нужно увидеться.
— Конечно, дочка, — сразу отозвалась Ирина. — Я могу сегодня после работы.
— Мам, давай в субботу, — попросила Дарья. — Я забегу примерно к одиннадцати, хорошо?
— Хорошо, — согласилась Ирина, хотя внутри у неё неприятно кольнуло от тревоги.
В субботу разговор оказался совсем не тем, к которому она готовилась.
— Вот такие дела, мам, — тихо сказала Дарья, и в её голосе слышалась такая усталость, что Ирина невольно сжала пальцы на чашке.
Они сидели на кухне. Перед каждой стоял давно остывший чай, к которому никто так и не притронулся. Посреди стола лежала стопка медицинских заключений, направлений, анализов и каких-то непонятных распечаток с печатями.
— Дарья, я уверена, всё обязательно наладится, — твёрдо произнесла Ирина, хотя у самой внутри всё похолодело. — Самое главное сейчас — не опускать руки и верить.
Она смотрела то на дочь, то на бумаги, и никак не могла принять услышанное. Казалось, это произошло не с ними, не в их семье, не с её девочкой. Разум отказывался складывать слова врачей в реальность. Ирина то ли не верила, то ли отчаянно не хотела верить. Но одно понимала ясно: сейчас Дарье нельзя видеть её страх. Сейчас дочери нужна опора.
— Врачи сказали, что шансы есть, — неуверенно проговорила Дарья.
— Конечно, есть! — почти горячо ответила Ирина. — Шансы есть всегда, тем более сейчас. Медицина ведь не стоит на месте, столько всего лечат, о чём раньше и мечтать не могли. Ты только, пожалуйста, слушай врачей и делай всё, что они назначат. А я буду рядом. Во всём помогу. Мы с этим справимся, слышишь?
«Господи, как такое могло случиться? — метались у неё в голове мысли. — Она ещё такая молодая. Откуда у неё эта опухоль? Да ещё злокачественная…»
— Спасибо, мам, — Дарья слабо улыбнулась. — Мне правда сейчас очень нужна поддержка.
Ирина заметила, как дочь будто немного ожила от этих слов. И вдруг ей пришло в голову, что за болезнью могут скрываться и другие беды. Может, у Дарьи не всё в порядке с мужем? Может, Дмитрий вовсе не та опора, которой должен быть?
— Ни о чём не переживай, — быстро сказала Ирина. — Я и с внучкой посижу, когда понадобится, и с тобой по врачам поеду, и денег дам, если лечение потребует. Всё, что будет нужно, сделаю.
