Ирина немного помолчала, потом мягко спросила:
— Расскажи лучше, как ты сама? Как Дмитрий? Как Полина?
— Дмитрий… — Дарья опустила взгляд, и глаза её сразу заблестели от слёз. Она будто хотела что-то сказать, но не решилась. — Да всё нормально у меня, мам, — наконец выдавила она.
Только Ирину обмануть было невозможно. Она слишком хорошо знала свою дочь. Да и к зятю тёплых чувств никогда не испытывала, а теперь лишь убедилась: внутреннее недоверие к нему появилось у неё не зря.
— Ладно, доченька, — тихо произнесла она. — Не хочешь сейчас — не говори. Потом расскажешь, если созреешь. Только запомни: обиды нельзя держать внутри. Они человека изнутри разъедают, здоровье ломают. Иногда лучше отпустить, простить… А иногда — уйти от того, кто причиняет боль.
Дарья будто не услышала последних слов или сделала вид, что не услышала.
— Мам, мне в понедельник к врачу. Ты сможешь со мной пойти? — спросила она, стараясь говорить ровно.
— Конечно, смогу, — без колебаний ответила Ирина. — Я же сказала: во всём можешь на меня положиться. Всегда.
Время потянулось своим чередом.
Но, к несчастью, чуда так и не произошло. Болезнь оказалась сильнее, и Дарья ушла из жизни. Ирина сделала всё, что было в её силах, и даже больше. Если бы кто-то знал, сколько денег она вложила в лечение, сколько ночей провела без сна, сколько кабинетов врачей обошла, сколько раз цеплялась за любую надежду…
«Хорошо хоть Полина у меня есть», — часто думала она, пытаясь удержаться на ногах после потери дочери.
Однажды к ней заглянула Ольга.
— Ну как ты, Ирина? — спросила она осторожно.
— Ничего, — ответила та после паузы. — Держусь.
Ольга помолчала, а потом вдруг спросила:
— А наследственное дело вы уже открывали?
Ирина непонимающе посмотрела на неё и слегка пожала плечами.
— Не знаю… А зачем?
— Как зачем? — Ольга нахмурилась. — Я тут твоего Дмитрия видела. Шёл с какой-то женщиной, и выглядели они слишком уж близко. А ведь после смерти Дарьи совсем мало времени прошло.
Она осуждающе покачала головой.
Ирина тяжело вздохнула.
— Дарья мне перед смертью призналась, что он ей изменял. Сказала, что простила его ради ребёнка… Я до сих пор не понимаю, зачем она это терпела. Хотя, наверное, по-настоящему так и не простила. Всё это копилось, копилось, а потом ударило по здоровью. Так что его поведение меня уже не удивляет.
— Вот именно поэтому и нельзя сидеть сложа руки! — горячо сказала Ольга. — Они ведь жили в своём доме?
— Да. Дом покупали уже в браке, значит, имущество совместное.
— Вот! Значит, половина принадлежала Дарье. А от её половины часть должна перейти тебе как наследнице.
— Да мне ничего не нужно, — устало отмахнулась Ирина.
— Что значит — не нужно? — возмутилась Ольга. — А если Дмитрий снова женится? А если у него потом ещё дети появятся? А если Полина станет ему не нужна и он вообще ничего ей не оставит? Ты подумай: это ведь доля твоей дочери. Не чужого человека.
Ирина задумалась. Раньше она об этом даже не хотела размышлять — слишком больно было связывать память о Дарье с бумагами, нотариусами и разделом имущества.
— Не знаю, Оль… — неуверенно сказала она.
— А я знаю, — твёрдо ответила подруга. — Надо действовать.
Ирина медленно кивнула.
— Может, ты и права. Я могла бы вступить в наследство, оформить свою часть, а потом подарить её Полине. Пусть у ребёнка будет хоть какая-то защита.
— Вот именно, — поддержала её Ольга. — Главное, чтобы твоя внучка не осталась ни с чем. Квадратные метры лишними не бывают.
Через несколько дней Дмитрий пришёл за Полиной. Девочка собирала игрушки в прихожей, а он, едва переступив порог, сразу перешёл к делу:
— Ирина Павловна, вам нужно пойти со мной к нотариусу и написать отказ от своей доли в наследстве.
На самом деле Ирина и сама собиралась заняться этим вопросом, но на работе как раз начался отчётный период, и выбраться никак не получалось. Правда, отказываться от наследства она вовсе не планировала. Но Дмитрию знать об этом было совершенно необязательно.
— Я? — Ирина изобразила искреннее удивление. — Ты уверен? Какое я вообще имею отношение к вашему дому?
— Нотариус сказала, что так положено, — сухо ответил Дмитрий.
— Может, нотариус просто хочет с меня ещё какие-нибудь деньги взять? — задумчиво протянула Ирина. — Я ведь не разбираюсь, как у них всё устроено.
Она продолжала делать вид, будто идти никуда не собирается и вся эта история кажется ей лишней формальностью.
Дмитрий заметно напрягся.
— Ирина Павловна, давайте просто сделаем так, как сказала нотариус, хорошо? Давайте в среду. Часов в пять.
