Сейчас он сидит с Светланой в ресторане и, наверное, с важным видом демонстрирует часы, которые она ему подарила. А вы в это время разгребаете его недоделки, исправляете промахи и закрываете собой все дыры в его работе. Я подаю на развод. Его вещи уже ждут его внизу, у подъезда. Так что теперь, если захотите, можете не только отчёты за него составлять, но и поселить у себя. Хотя с жильём у Дмитрия всё прекрасно: у него две квартиры, которые он сдаёт. Не уверена, что он вам об этом рассказывал… Всего доброго.
Наталья спокойно повернулась и вышла, оставив Оксану в полной растерянности. Та сидела за столом, не в силах закрыть рот. Образ верной соратницы, особенной женщины, которую Дмитрий якобы ценил больше всех, рассыпался у неё на глазах в пыль.
В тот же вечер Дмитрий возвращался домой почти в хорошем настроении. Он тихо насвистывал под нос и старался не думать о странном поведении Светланы. Встреча в ресторане вышла совсем не такой, как он ожидал: она держалась отстранённо, на его комплименты отвечала сухо, улыбалась через силу, а потом вдруг заявила, что ей срочно нужно ехать. Даже поцеловать себя на прощание не позволила. Дмитрий решил, что у неё просто какие-то сложности в делах.
Подойдя к своей двери, он остановился. На площадке стояла огромная клетчатая сумка, старая и нелепая. Молния была расстёгнута, из щели торчал рукав его любимого итальянского пиджака, сверху придавленный банным полотенцем.
Дмитрий нахмурился, вытащил ключи, сунул ключ в замок… но тот даже не вошёл до конца. Он попробовал ещё раз. Бесполезно.
Тогда он нажал на звонок. За дверью было тихо.
Дмитрий достал телефон и набрал Наталью. Она ответила почти сразу, но ничего не сказала.
— Наташ, что происходит? — голос у него сорвался на раздражённый визг. — Я у двери стою, тут какая-то сумка с моими вещами! Ты совсем с ума сошла? Зачем замки поменяла?
— В этой сумке всё, что осталось от твоей жизни со мной, — ровно произнесла она. — Всё, что ты заслужил за эти годы. А ключ не подходит потому, что это больше не твой дом.
— Ты вообще понимаешь, что несёшь? — Дмитрий нервно хмыкнул и покосился на соседские двери. — Куда я, по-твоему, пойду вечером? Открывай. Давай поговорим нормально, как взрослые люди.
— Мы уже поговорили утром, — ответила Наталья. — Ты сказал, что не дурак и не станешь делать себе хуже. Ещё сказал, что я себя не люблю. И знаешь, в этом ты оказался прав. Двадцать лет я себя не уважала, если позволяла тебе так со мной обращаться. Но сегодня я впервые за очень долгое время себе понравилась.
— Наталья, хватит устраивать спектакль! — он снова дёрнул ручку двери. — Мне завтра на работу. Мне нужно принять душ, побриться, надеть нормальную рубашку!
— Попроси Оксану погладить, — спокойно посоветовала она. — Или езжай к Светлане. У неё отменный вкус, раз она выбирает тебе часы. Может, и утюг найдётся. Хотя, судя по тому, что ты сейчас стоишь под моей дверью, там тебя тоже уже не ждут.
Связь оборвалась. Дмитрий ещё несколько раз ударил кулаком в дверь, но в ответ получил только глухую тишину.
Он схватил клетчатый баул, однако ручка тут же окончательно оторвалась. Выругавшись, Дмитрий потащил сумку вниз по лестнице. Ночевать пришлось в гостинице: обе его квартиры были заняты арендаторами, и появляться там внезапно он не мог.
На следующее утро Дмитрий пришёл в офис злой, невыспавшийся и в мятой рубашке. Гладить он никогда не умел, а просить было уже некого. В этот день нужно было срочно сдавать тот самый отчёт, который, как он рассчитывал, Оксана подготовит вместо него.
Он подошёл к её столу, натянул привычную обаятельную улыбку и мягко протянул:
— Оксаночка, выручай, солнышко. Скинь мне файлы, пожалуйста…
Оксана даже не подняла на него глаз.
— Никаких файлов нет, — холодно сказала она. — Я больше не собираюсь выполнять твою работу. Разбирайся со своими провалами сам, альфонс.
В этот день Дмитрий с треском провалил отчёт перед генеральным директором. Очень быстро выяснилось, что в документах полный хаос, сроки сорваны, а сам он регулярно отсутствовал на рабочем месте. Пока Оксана прикрывала его, всё выглядело терпимо. Но стоило ей отойти в сторону, как наружу вылезла вся его беспомощность.
К вечеру руководитель вызвал Дмитрия к себе и без лишних церемоний предложил написать заявление по собственному желанию. В противном случае ему пригрозили увольнением за прогулы и служебные нарушения.
Выйдя из кабинета, Дмитрий первым делом набрал Светлану. Вызов сразу сбросился. Он попробовал ещё раз — результат был тем же. Его номер оказался в чёрном списке.
Прошёл месяц.
В светлом и спокойном кабинете психолога, на мягком диване, сидела женщина. Волосы у неё были аккуратно уложены, на лице — лёгкий макияж, а взгляд впервые за много лет был прямым и открытым. Это была Наталья. И теперь её плечи больше не были опущены.
Она слушала специалиста и вдруг ясно понимала простую, но очень важную вещь: в пятьдесят жизнь не заканчивается. Она вообще не обязана зависеть от возраста. Настоящая жизнь начинается тогда, когда ты перестаёшь быть удобной для тех, кто привык тобой пользоваться, и наконец выбираешь себя.