Ирина Павловна достала из сумки телефон и сразу открыла фотографии ресторана: дорогое, солидное место в самом центре, которое Мария когда-то видела разве что на страницах городских журналов. Следом свекровь показала список приглашённых: родственники, давние приятельницы, бывшие сослуживцы, соседи, с которыми она поддерживала тёплые отношения.
— Хочу отметить по-настоящему, — произнесла Ирина Павловна и посмотрела прямо на Марию. — Такая дата ведь не каждый день бывает. Как вам?
— По-моему, неплохо, — осторожно ответила Мария. — Ресторан действительно красивый.
— Не просто красивый, а очень достойный, — с удовлетворением подтвердила свекровь.
Мария ещё раз пробежалась глазами по списку гостей и мысленно прикинула: на такое количество людей, да ещё в заведении подобного уровня, потребуется внушительная сумма. Но вслух ничего не сказала. В конце концов, это были не её планы и не её расходы.
Позже, когда Ирина Павловна ушла в комнату смотреть телевизор, Мария негромко спросила Дмитрия:
— Дим, а откуда у неё деньги на всё это?
— На что именно? — не сразу понял он.
— На банкет. Там же больше двадцати человек. Ресторан в центре. Это выйдет очень дорого.
Дмитрий только пожал плечами. Он стоял у раковины, споласкивал тарелки и даже не повернулся.
— Может, копила. У неё наверняка есть какие-то накопления.
— Наверняка?
— Ну а что? Она никогда не была расточительной. Всю жизнь привыкла откладывать.
Мария некоторое время молча смотрела ему в спину.
— Дима.
— Что?
— Она тебе ничего не говорила? Ну… кто будет оплачивать этот праздник?
— Нет, — Дмитрий обернулся, и в его взгляде мелькнуло искреннее недоумение. — А почему ты вообще об этом спрашиваешь?
— Просто так, — ответила Мария. — Она как-то странно на меня смотрела, когда всё рассказывала.
Однако неприятное чувство никуда не исчезло. Это ещё не было тревогой и не походило на твёрдую уверенность. Скорее лёгкое беспокойство, будто боковым зрением замечаешь тень, но, повернув голову, уже ничего не видишь. Мария пыталась себя успокоить. Дмитрий, возможно, прав: Ирина Павловна действительно могла годами откладывать. Она была бережливой, умела считать каждую гривну и никогда не тратила лишнего. Значит, вполне могла собрать деньги на юбилей.
В последующие дни свекровь полностью погрузилась в подготовку. Она обзванивала гостей, уточняла меню в ресторане, показывала Марии варианты цветочных украшений для столов. Мария рассматривала снимки, вежливо кивала и говорила, что всё выглядит красиво. Ирина Павловна при этом казалась оживлённой, почти сияющей.
Мария заставляла себя верить, что причин для беспокойства нет.
День юбилея оказался по-осеннему мягким и тёплым. В ресторан Ирина Павловна приехала в новом платье, с аккуратной причёской, ради которой с самого утра ходила к мастеру. Она выглядела нарядно, торжественно и неожиданно красиво. Мария даже подумала, что в молодости свекровь, наверное, была очень заметной женщиной.
Стол накрыли щедро. Официанты бесшумно двигались между гостями, словно скользили по залу. Один тост сменял другой, звенели бокалы, кто-то начал петь, именинница смеялась и принимала поздравления. Мария сидела рядом с Дмитрием и поддерживала разговор с его тётей Ольгой, которую видела примерно раз в год. Та, как обычно, не удержалась и спросила, когда же они наконец порадуют родню детьми. Мария ответила привычно уклончиво, без раздражения, но и без подробностей.
Поначалу всё шло вполне хорошо.
Потом подали десерт, и Ирина Павловна поднялась, чтобы сказать гостям несколько слов. Речь получилась тёплой, немного торжественной, с воспоминаниями о прошлом и благодарностями всем, кто пришёл. Несколько женщин за столом даже промокнули глаза салфетками. Мария хлопала вместе с остальными.
А затем официант принёс счёт.
И именно тогда Ирина Павловна произнесла то, после чего в зале будто стало меньше воздуха.
— Мам, подожди, — осторожно сказал Дмитрий. В его голосе звучало предупреждение человека, который уже понял: разговор уходит совсем не туда, но всё ещё надеется как-то остановить происходящее. — Давай не будем сейчас, при всех…
— А что такого — при всех? — Ирина Павловна смотрела на сына спокойно, почти невинно. — Я же заранее всё обсудила. Мария сама сказала, что рада помочь с праздником.
Мария медленно опустила кожаную папку со счётом на белую скатерть.
— Я этого не говорила, — тихо произнесла она.
— Как же не говорила? — свекровь чуть приподняла брови. — Я показывала тебе ресторан, спрашивала мнение, а ты сказала, что идея хорошая. И потом, мы ведь разговаривали: ты сама упоминала, что повышение — это прекрасно, что теперь можешь позволить себе больше.
— Я говорила о своих возможностях и своих тратах, — Мария старалась держать голос ровным. — Я не обещала оплачивать ваш юбилей.
— Мария, — сказал Дмитрий негромко, но с явным предупреждением.