— Я знаю, — тихо сказала Мария.
Сергей чуть нахмурился.
— Откуда?
— Потому что со мной происходит то же самое.
После этих слов они замолчали. За стеклом всё так же шуршал дождь, ровный и мелкий. Где-то в другой части города Дмитрий, наверное, обзванивал доставку, раздражался из-за гостей или пытался понять, почему она не отвечает. Мария не знала. И, к собственному удивлению, почти не думала об этом. Гораздо сильнее её занимало другое: как давно внутри неё не было такой тишины.
Наутро Дмитрию позвонили из отдела кадров.
Домой он пришёл около двух. Мария работала дистанционно, сидела на кухне перед ноутбуком, когда раздался звонок в дверь. Ключей у него с собой не оказалось.
Она открыла.
Перед ней стоял совсем не тот Дмитрий, который ещё недавно командовал у порога, размахивая фартуком. Он будто уменьшился, стал тише, ссутулился.
— Меня уволили, — произнёс он глухо.
— Я уже знаю.
— Ты знала? — он поднял на неё глаза.
Мария не ответила сразу. Отошла к окну, посмотрела на мокрый двор.
— Дмитрий, давай не будем притворяться, будто тебе совсем непонятно, почему это произошло.
— Мне непонятно! — резко сказал он, но тут же осёкся и повторил уже тише: — Правда непонятно. Объясни.
Она повернулась к нему.
— Ты стал тяжёлым человеком. Неприятным. Это случилось не за один день, но случилось.
Дмитрий опустился на стул и долго смотрел в стол, словно пытался найти там ответ.
— Я могу поговорить с Сергеем, — сказала Мария после паузы. — Если ты сам этого хочешь. Он, скорее всего, возьмёт тебя обратно.
— Почему ты должна просить за меня?
Она внимательно посмотрела на него.
— Потому что когда-то именно я помогла тебе туда попасть, — спокойно ответила она. — Ты не знал?
По его лицу стало ясно: не знал. Он был уверен, что всё получилось само собой — резюме, собеседование, его опыт, его умения. И в этом тоже была правда: работу он действительно потянул сам. Но первый толчок дала она.
— Я попрошу, — повторила Мария. — Сергей согласится. Но мне важно, чтобы ты понял одну вещь. Не ради меня. Ради себя.
— Какую?
— Тебе никто ничем не обязан. И я тоже. Я была твоей женой, Дмитрий. Не прислугой.
Слово «была» повисло в воздухе особенно отчётливо.
Он медленно поднял голову.
— Была?
— Да.
Дмитрий снова отвёл взгляд. Наступившая тишина отличалась от прежней: она не была пустой. Скорее густой, тяжёлой, как бывает перед решением, которое уже принято.
— Это из-за него? — наконец спросил он.
— Нет, — честно сказала Мария. — Это из-за тебя.
Развод оформили без криков и взаимных обвинений. Дмитрий не спорил. Возможно, у него просто не осталось сил. А может, он наконец понял то, что трудно произнести словами. Вещи они разделили спокойно. Квартира осталась Марии.
Когда он вынес последнюю коробку и задержался у двери, она спросила:
— Ты с Сергеем разговаривал?
— Да.
— И что?
— Он готов меня взять. Сказал, могу выйти со следующего месяца.
Мария кивнула.
— Хорошо.
Дмитрий не сразу переступил порог. Постоял, сжимая ручку коробки.
— Мария, я был… — он запнулся и так и не договорил. Потом выдохнул: — В общем, я понял.
— Я вижу.
Дверь закрылась негромко, почти осторожно. Совсем не так, как в тот октябрьский вечер.
С Сергеем она встретилась в субботу. Они долго шли вдоль набережной, пока не стемнело, говорили обо всём подряд и ни о чём определённом. Потом он взял её за руку. Мария не отстранилась.
— Тебе не страшно? — спросила она.
— Чего именно?
— Что всё однажды повторится.
Сергей остановился и посмотрел на неё без улыбки, серьёзно и прямо.
— Я знаю тебя двадцать лет, Мария. Ты этого не допустишь.
Она вдруг рассмеялась — легко, почти удивлённо.
— Не допущу, — согласилась она.
Река лежала тёмная и спокойная. Вдалеке загорались фонари. Осень ещё не закончилась, но в воздухе уже появилось что-то новое. Не весна — нет. Просто ощущение, что самая тёмная часть дороги осталась позади, а впереди начинается другое. Чистое.
Фартук в синий горошек Мария выбросила ещё тогда, по пути в кафе. Просто опустила его в урну у подъезда и пошла дальше. И ни разу об этом не пожалела.