Его улыбка была почти неуловимой.
— Сто гостей, значит? — переспросил Артём.
— Ровно сто, — спокойно ответила Мария. — Я специально пересчитала.
Утром следующего дня Тетяна написала ей в мессенджере: «Мария, спасибо, что пришла! Так рада была тебя видеть 🌸».
Мария прочла сообщение, отложила телефон, потом снова взяла его в руки. Немного подумав, ответила: «Спасибо за приглашение. Вечер получился замечательный».
На этом переписка оборвалась. Ни продолжения, ни попытки развить разговор — с обеих сторон.
Через пару дней позвонила Наталия.
— У меня для тебя новости, — начала она без долгих вступлений. — Касаются Максима и Владислава. Тебе это нужно?
— Конечно. Рассказывай.
— Владислав помогал Максиму переводить тех самых клиентов в новую компанию. Не напрямую — всё через цепочку посредников. Мне об этом сказал Руслан: он случайно стал свидетелем их обсуждения на совещании.
Мария выдержала паузу.
— Наталия, если потребуется, Руслан сможет подтвердить это официально?
— Если юристы правильно всё оформят — да. Он сам так сказал.
— Хорошо. Я передам Артёму.
Наталия вздохнула.
— Мария… Тетяна, похоже, не была в курсе истории с базой. Почти уверена: Владислав её просто использовал.
— Я тоже к этому склоняюсь, — тихо произнесла Мария.
— Тогда её немного жаль, правда?
Мария подошла к окну. Февраль подходил к концу, снег уже почти исчез, во дворе проступили тёмные полосы земли.
— Жаль, — согласилась она. — Но она взрослая. И решение про «мало мест» приняла сама.
Наталия помолчала.
— Да… приняла.
Юрист взялся за дело в тот же день, как только Артём связался с ним. Выяснилось, что ситуация сложнее, чем казалось сначала. Пять контрактов — это были не просто клиенты, ушедшие к конкуренту. Это были переговоры на финальной стадии, предварительные соглашения, конкретные суммы, практически готовые документы. Владислав в этой схеме просматривался довольно отчётливо — пусть и прикрытый несколькими уровнями фирм‑прокладок. Но, как сказал юрист, прикрытие — не маскировка. Следы остаются.
Максим больше не звонил. Видимо, понял, что вечер в «Панораме» не достиг своей цели.
Через неделю объявился Владислав. Позвонил Артёму сам, попытался говорить мягко, почти по‑дружески: предлагал встретиться, «всё спокойно обсудить», не доводить до судебных разбирательств. Артём выслушал и ответил коротко:
— Все вопросы — через адвоката.
И завершил разговор.
Мария не вникала в детали процесса. Она занималась своей работой — отчётами, встречами, клиентами. Артём — своей.
В начале марта, просматривая старые снимки в телефоне, она наткнулась на фотографию десятилетней давности: она и Тетяна на чьём‑то дне рождения. Обе смеются, беззаботные, ещё совсем другие. Мария задержала взгляд. Удалять не стала. Просто пролистнула дальше.
Двадцать три года — это целая эпоха.
Но и фраза «мест мало» при сотне приглашённых — тоже не пустяк.
Она отложила телефон и пошла готовить ужин.
В конце марта, в воскресенье, раздался звонок с незнакомого номера.
— Мария? Это Вера Петровна, мама Тетяны.
— Здравствуйте.
— Здравствуйте, дорогая. Я вас помню ещё со студенческих времён. Вы к нам приходили на Новый год, в девяносто девятом. В зелёном свитере… — Голос женщины звучал мягко, но напряжённо.
Мария растерялась.
— Да… помню тот вечер.
— Я звоню по собственной инициативе. Тетяна об этом не знает. Просто считаю, что вы должны кое‑что услышать.
— Слушаю.
— Владислав сам попросил её пригласить вас на день рождения. Сказал, что хочет помочь Максиму «восстановить старые деловые связи». Так и выразился. Тетяна решила, что речь идёт о каком‑то нейтральном разговоре, о возможности познакомить людей в неформальной обстановке. Про клиентов она не знала. Я не оправдываю её… — Вера Петровна ненадолго замолчала. — Но вы были рядом с ней двадцать три года. Думаю, вы имеете право знать.
Мария долго не отвечала.
— Спасибо вам, — наконец произнесла она.
— Берегите себя. Как вы?
— Работаю. Всё нормально.
— И правильно. До свидания, Мария.
— До свидания.
Она положила телефон и ещё какое‑то время сидела, глядя в одну точку.
Значит, Тетяна не была посвящена.
Или знала ровно столько, сколько позволяла себе знать — что тоже выбор.
Но если она действительно не понимала всей картины, это меняло многое.
Не оправдывало.
Но расставляло акценты иначе.
Мария открыла чат. Последнее сообщение — её сухое «Вечер получился замечательный».
Она написала: «Тетяна, как ты?»
Ответ пришёл не сразу — примерно через двадцать минут.
«Мария… тяжело. Можем встретиться?»
Мария долго смотрела на экран, прежде чем набрать ответ.
«Можем. На следующей неделе».
Тетяна предложила небольшое кафе — тихое, без пафоса и случайных знакомых. Когда они сели друг напротив друга, она сразу сказала:
— Я ничего не знала о базе.
Мария слушала, не перебивая. За окном моросил первый весенний дождь — тот, что смывает остатки февральской слякоти. В этих каплях было что‑то очищающее, тревожное и честное одновременно.
Двадцать три года — это много.
Но иногда один разговор оказывается важнее всей прежней близости.
А иногда — важнее накопившейся обиды.
Что сказала Тетяна дальше и чем завершилась их встреча — в следующей части…
