Сам увидишь.
Они тронулись в путь.
Всю дорогу Алексей молчал, сжимая руль так крепко, что побелели суставы пальцев.
Когда они подъехали к дому Надежды, Нет соответствующего названия все так же стоял возле подъезда.
Рядом с ним возился Денис, аккуратно протирая капот тряпочкой.
Алексей вышел из машины и подошел к племяннику. – Дядя Сережа! – радостно воскликнул тот. – Глянь на тачку!
Огонь, машина!
Спасибо тебе, выручил!
Мама сказала, что ты спонсор!
Алексей словно получил удар под дых и пошатнулся.
Он молча смотрел на племянника и сверкающую машину, и в его глазах постепенно угасало что-то важное.
Наверное, вера в неприкосновенность семейных связей.
Вечером дома произошел тяжелый разговор.
Алексей сидел на кухне, обхватив голову руками.
Перед ним стояла бутылка водки, но он не прикоснулся к ней. – Я дурак, – повторял он. – Как же я дурак.
Она обманула меня как ребенка. – Да, Игорь, тебя обманули, – спокойно сказала Тамара.
В ней уже не осталось былой страсти, остался лишь холодный расчет. – Главное теперь – что будем делать дальше. – Я заставлю ее продать машину и вернуть деньги! – Алексей ударил кулаком по столу. – Нет, не заставишь.
Машина оформлена либо на Дениса, либо на нее.
Кредит оформлен на тебя.
Юридически ты просто подарил ей деньги.
Расписки нет.
Она скажет, что это подарок любимого дяди. – И что теперь делать? – он посмотрел на жену глазами, полными отчаяния. – Платить?
Семьсот тысяч?
Лена, прости меня…
Я буду работать.
Найду вторую работу. – Будешь, – кивнула Тамара. – Обязательно будешь.
Но этот кредит я платить не стану.
И из семейного бюджета на него ни копейки не пойдет. – Как это? – удивился Алексей. – Но мы же семья…
У нас общий бюджет… – Был общий.
Пока ты не решил распоряжаться им в одиночку.
Слушай меня внимательно, Игорь.
Я не позволю ущемлять нашего сына, отказывать себе в нужном, чтобы оплачивать прихоть твоего племянника.
Твоя зарплата – шестьдесят тысяч.
Моя – восемьдесят.
Мы живем на мою зарплату и часть твоей.
Но теперь всё меняется.
Тамара взяла лист бумаги и ручку. – Смотри.
Коммунальные платежи – семь тысяч.
Еда – тридцать.
Репетиторы – пятнадцать.
Бензин, интернет, бытовая химия – еще десять.
Итого шестьдесят две тысячи – это минимальные расходы, чтобы свести концы с концами.
Твой кредит – двадцать восемь. – Вот так… – Алексей попытался пересчитать в уме. – Нет, не «вот так».
С этого момента мы делим бюджет.
Я оплачиваю продукты, коммуналку и все расходы на ребенка.
Это примерно пятьдесят тысяч с моей стороны.
Ты вносишь в общий котел двадцать тысяч на еду и свои нужды.
Остальные сорок тысяч – твои.
Плати кредит, делай что хочешь.
Но ни копейки больше я не дам. – Лена, но мне не хватит! – взмолился Алексей. – Сорок минус двадцать восемь кредита…
Останется двенадцать тысяч!
На проезд, обеды, сигареты…
Это же нищета! – А ты как хотел? – Тамара посмотрела на него строго. – Ты хотел быть добрым дядей за мой счет?
Не получится.
Ты взял на себя обязательства – отвечай за них.
Доброта должна соответствовать возможностям.
Хочешь вкусно кушать – иди таксовать по ночам.
Или иди к любимой сестре, пусть она тебя кормит. – Ты жестокая, – прошептал он. – Я справедливый.
Я защищаю интересы нашей семьи и нашего ребенка.
А ты оберегала интересы наглой женщины, которая смеется над тобой.
