— Ты будто не слышишь, — резко ответила Марина. — Меня за прогул просто выкинут.
Ольга молча нажала на громкую связь и положила телефон на стол.
— Тогда участвуй деньгами.
— Какими ещё деньгами? — в голосе сестры сразу появилась злость. — У меня кредиты, если ты забыла.
Мать не выдержала и наклонилась ближе к телефону:
— Мариночка, ну хотя бы приедь. Отцу очень плохо.
— Мам, я же уже объяснила: у меня сейчас полный завал. Пусть Ольга всем займётся. Она же умеет.
Ольга перевела взгляд на родителей.
Вот она, знакомая с детства формула.
«Ольга умеет».
Ольга сама доберётся.
Ольга сама выучит уроки.
Ольга сама устроится на работу.
Ольга сама выкрутится.
И теперь, по той же логике, Ольга должна была одна вытаскивать отца, пока младшая, любимая дочь защищала своё место администратора в салоне.
— Марина, — произнесла Ольга ровно, — мама с папой продали дачу и машину, чтобы вложиться в твой бизнес.
— Это было их решение.
Мать заметно побледнела.
— Мариночка…
— Мам, ну что не так? — раздражённо перебила Марина. — Я никого не заставляла. Они взрослые люди.
— Ты говорила, что всё вернёшь, — тихо напомнил отец.
— Когда салон начнёт приносить прибыль. Он не начал. Я тоже потеряла деньги.
— Ты живёшь в квартире, которую мы тебе купили, — сказал отец уже глуше.
— Да там квартира — крошечная. И вообще на окраине.
Ольга на секунду прикрыла глаза.
Даже это для Марины оказалось недостаточным.
— То есть ты не приедешь? — уточнила она.
— Сейчас — нет. Потом будет видно.
— И финансово не поможешь?
— Я же сказала: у меня ничего нет.
— Понятно. Я это зафиксировала.
— Что именно ты зафиксировала?
— Твой ответ.
Марина шумно выдохнула в трубку.
— Не начинай спектакль. Ты всегда любила делать из меня виноватую.
— Мне не нужно ничего делать, Марин. Ты сама справляешься.
Ольга завершила звонок.
Мать сидела неподвижно, с таким выражением лица, будто только сейчас увидела младшую дочь без привычного слоя оправданий.
— Она просто испугалась, — едва слышно сказала она.
— Нет, мам. Она отказалась.
— Ей сейчас тоже непросто.
— Папе тоже непросто.
Отец не поднимал глаз от пола.
Возможно, именно в этот момент он впервые расслышал в голосе Марины не растерянность и не слабость, а холодное безразличие.
Этап 4. Второе заключение всё перевернуло
Спустя два дня Ольга повезла отца в кардиологический центр.
На работе она взяла отгул, сама сложила в папку все выписки, результаты обследований и заключения, сама нашла специалиста через знакомую коллегу. Мать сидела рядом в машине и почти всю дорогу не произнесла ни слова.
После приёма врач долго рассматривал снимки и листал документы.
— Оперативное вмешательство действительно показано, — наконец сказал кардиолог. — Но на данный момент о немедленной угрозе речи нет. Можно оформить лечение по государственной программе. Очередь примерно два месяца.
— Но нам сказали, что ждать нельзя, — растерянно произнесла мать.
— Где именно вам это сказали?
Они назвали частную клинику.
Врач слегка нахмурился.
— Возможно, там коллега увидел ситуацию иначе. Однако по этим результатам два месяца ожидания допустимы, если пациент будет принимать терапию и регулярно контролировать состояние.
Основные расходы по программе покрывало государство. Оплатить нужно было дополнительные анализы, лекарства и проживание матери рядом с отцом на время лечения. Сумма всё равно выходила ощутимая, но это были не миллион двести тысяч гривен.
Ольга почувствовала не облегчение, а злость.
Родители пришли к ней, почти не разобравшись, что происходит. Услышали страшную цифру — и сразу решили, что старшая дочь обязана всё закрыть.
— Почему вы не выяснили насчёт государственной программы? — спросила она, когда они вышли из кабинета.
Отец болезненно поморщился.
— В той клинике сказали, что мест нет.
— А в другие места вы звонили?
— Нет.
— В страховую обращались?
— Нет.
— В государственный центр сами пытались попасть?
Мать виновато покачала головой.
— Мы растерялись.
— И первым делом поехали ко мне.
— Ты всегда знаешь, как такие вопросы решать.
Ольга остановилась прямо посреди коридора.
— Вы снова произносите это так, будто если я умею справляться, то вы можете даже не пытаться.
Мать опустила взгляд.
Документы на программу они всё-таки подали. Ольга заплатила за дополнительные обследования, купила отцу назначенные препараты и помогла оформить всё, что требовалось.
Уже на парковке мать вдруг спросила:
— Оль, сколько мы тебе должны?
Ольга посмотрела на неё с удивлением.
Раньше такой вопрос никогда не звучал. Любая помощь старшей дочери воспринималась как что-то само собой разумеющееся.
— Сейчас ничего, — ответила она. — Но это не значит, что всё забыто.
— Мы понимаем.
— Нет, мам. Вы только начинаете понимать.
Этап 5. Квартира, о которой Ольге никто не говорил
Через неделю Ольге позвонили из нотариальной конторы.
— Ольга Викторовна? Ваш отец оставил ваш номер телефона. Нужно уточнить некоторые сведения по доверенности на продажу квартиры.
— Простите, какой квартиры?
На другом конце возникла неловкая пауза.
— Извините. Возможно, этот вопрос вам лучше обсудить с родственниками.
Ольга сразу набрала отца.
— Вы собираетесь продавать квартиру?
— Нет, — ответил он слишком быстро.
— Тогда почему нотариус говорил мне о продаже?
Молчание затянулось настолько, что ответ стал очевиден ещё до слов.
— Папа.
— Мы хотели вернуть Маринину квартиру на себя.
Ольга медленно села на стул.
— Квартира оформлена на Марину?
— Мы купили её семь лет назад. И записали на неё.
— На деньги от бабушкиного дома?
Отец промолчал.
Дом бабушки считался частью наследства, которое, как когда-то говорили родители, они собирались разделить между двумя дочерьми. Ольге тогда объяснили, что вырученные деньги пошли на ремонт их квартиры и на лечение матери.
— Значит, вы и тогда мне солгали.
— Мы хотели, чтобы у Марины было своё жильё.
— А у меня?
— У тебя уже была ипотека.
Ольга коротко рассмеялась.
Первый взнос она собрала сама. Кредит выплачивала сама. Отпуск откладывала годами, мебель покупала по одной вещи, экономила на всём. И родители решили, что именно это — причина лишить её части наследства.
— Почему вы теперь хотите оформить квартиру обратно? — спросила она после паузы.
— Марина собирается её продать. Хочет закрыть долги и переехать к мужчине.
— К какому ещё мужчине?
— Они недавно познакомились. Он предлагает ей общий бизнес.
Ольга зажмурилась.
Всё начиналось заново.
Только теперь родители, кажется, наконец испугались, что потеряют уже последнее имущество.
— Марина согласна вернуть квартиру?
— Нет. Говорит, что это её собственность.
— С юридической точки зрения так и есть.
— Но ведь покупали её мы!
— А когда оформляли на неё, вы о чём думали?
Отец тяжело, прерывисто вдохнул.
— Не надо сейчас, Оля.
— Я не буду продолжать этот разговор. Береги сердце.