Матвеев резко обернулся к коммерческому директору:
— Ты был в курсе, что правки юристы не проверяли?
Чернов скривился, будто вопрос показался ему несправедливым.
— Я исходил из того, что ничего принципиального там нет.
— А кто должен был это выяснить? — голос Матвеева стал холоднее.
Коммерческий директор раздражённо развёл руками.
— Если мы из-за каждой формулировки будем переносить встречи, то вообще ни один контракт не доведём до подписи!
— В данном случае дело не в формулировке, — спокойно вмешался юрист. — И тем более не в запятой.
Матвеев ещё некоторое время молча рассматривал разложенные перед ним бумаги. Потом отодвинул папку.
— Подписание останавливаем.
— Вы сейчас серьёзно? — Чернов подался к столу. — Представители уже приглашены, всё согласовано!
— Значит, объясним, что нам нужна дополнительная юридическая проверка.
— Китайская сторона может просто выйти из переговоров!
— А может согласиться привести условия в соответствие с тем, о чём мы договаривались, — отрезал Матвеев. — Но девятнадцать миллионов шестьсот тысяч гривен я переводить не буду, пока не буду точно понимать, под чем ставлю подпись.
После этого он повернулся к Ирине.
— Где вы получили такой уровень языка?
— В университете, — ответила она без лишней гордости. — Потом много лет работала на машиностроительном предприятии.
— В какой должности?
— Сначала штатным переводчиком. Позже стала начальником отдела внешнеэкономических связей.
Юлия взглянула на неё с явным удивлением.
— Вы руководили целым отделом?
— Семь лет, — кивнула Ирина. — До этого занималась закупками, подготовкой контрактов и сопровождением поставок.
Матвеев недоверчиво усмехнулся, хотя прежней насмешливости в его голосе уже не было.
— И как так вышло, что после такого опыта вы оказались в гостинице с уборочной тележкой?
Ирина медленно сняла очки и положила их рядом с папкой.
— Предприятие переходило из рук в руки. Новый собственник сокращал подразделения, наш отдел ликвидировали. Почти сразу после этого серьёзно заболела мама. Вакансии, где требовались постоянные командировки, мне не подходили.
Она аккуратно выровняла стопку листов.
— А в гостинице был график, который позволял ухаживать за ней. Ничего унизительного в этой работе я не вижу.
Юлия смутилась и опустила взгляд. Чернов впервые за вечер не нашёлся, что сказать.
Матвеев уже открыл рот, но его опередил один из гостей, сидевших ближе к краю стола:
— Дмитрий Олегович, а как же обещание насчёт директорского кресла?
По залу прокатился неловкий смешок, тут же оборвавшийся.
Предприниматель нахмурился.
— Все ведь понимают, что это было сказано в шутку.
Ирина подняла голову.
— Вы несколько раз повторили, что обещаете это при свидетелях.
— Женщина, руководить компанией — не то же самое, что переводить договор.
— Я это прекрасно понимаю, — ровно ответила она. — Я управляла коллективом, участвовала в переговорах, отвечала за поставки и сроки. Но сейчас вопрос не в моём резюме. Условие предложили вы.
Матвеев почувствовал, как к нему прикованы взгляды почти всех присутствующих.
Юлия тихо сказала:
— Папа, ты правда это обещал.
— И что мне теперь делать? Назначать директора прямо здесь, между тостами?
— Нет, — возразила она. — Но можно проверить её опыт, документы, рекомендации. А потом выполнить обещание так, как положено.
Чернов не выдержал:
— Вы всерьёз собираетесь обсуждать руководящую должность с человеком, которого ещё вчера охрана даже в этот зал не пропустила бы?
Ирина повернулась к нему.
— Андрей Олегович, вчера вы также были уверены, что я не смогу прочитать этот контракт. Сегодня выяснилось, что до конца его не прочитали именно вы.
В этот раз никто не засмеялся.
Матвеев поднялся из-за стола.
— Ирина Павловна, оставьте Юлии свои контакты. Мы во всём разберёмся.
Он произнёс это тем самым деловым тоном, которым обычно закрывал разговоры, становившиеся для него неудобными.
Но Ирина с места не сдвинулась.
— Если хотите проверять мои знания — проверяйте. Только не нужно завтра говорить, будто я сама напрашивалась в директора.
Несколько секунд Матвеев молча смотрел на неё.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Я вас услышал.
Ирина передала папку юристу и направилась к выходу.
У двери её перехватила Марина Степановна, которая всё это время ждала в коридоре и явно прислушивалась к происходящему.
— Ирина, ну ты сегодня дала! Я даже отсюда слышала, как они там все замолчали.
— Марина, пойдём работать, — устало сказала Ирина. — После банкета зал сам себя в порядок не приведёт.
— Подожди ты с залом. Они что, теперь правда сделают тебя директором?
Ирина посмотрела на закрывшиеся за её спиной двери.
— Пока они только пообещали. Посмотрим, что останется от этих слов, когда гости разъедутся.
Проверка, которой не ждал никто
В понедельник утром Юлия Олеговна организовала независимую экспертизу всех документов. К работе привлекли двух переводчиков и юриста, который специализировался на международных поставках. Они построчно сопоставили финальную китайскую версию с украинским текстом и всеми приложениями.
Большинство замечаний Ирины подтвердилось.
При этом выяснилось, что поставщик, возможно, и не пытался сознательно обмануть покупателя. Часть спорных пунктов действительно входила в его типовой договор. Но украинская компания согласовывала другой порядок предоплаты, иные сроки поставки и совершенно иной механизм возврата денег при задержках.
Подписание перенесли.
За несколько дней стороны подготовили новую редакцию спорных положений, внесли уточнения в приложения, и переговоры возобновились уже в куда более осторожном режиме.
С Черновым всё оказалось сложнее.
Внутренняя проверка показала, что предупреждение от переводчика он получил ещё до торжественного вечера. Ему прямо рекомендовали не запускать договор на согласование, пока не будут сверены все приложения и свежие правки. Но Чернов настоял на ускорении процесса, решив, что задержка может испортить впечатление от сделки.
Матвеев вызвал его к себе в кабинет.
— Ты знал о замечаниях?
— Знал, — нехотя признал Чернов. — Но считал их несущественными.
— Тогда почему я услышал об этом не от тебя?
— Я хотел закрыть сделку в срок.
— Сколько раз за последние дни ты говорил мне, что документы полностью готовы?
Чернов молчал.
— А потом привёл в зал уборщицу, чтобы выставить её смешной из-за замечания, которое сам проигнорировал.
— Дмитрий Олегович, но ведь это вы решили её проверить!
Матвеев долго смотрел на него.
— Верно. И теперь мне есть над чем подумать.
Чернова отстранили от подготовки контракта до окончания служебной проверки. Позже с ним расторгли договор по соглашению сторон. Он так и не признал, что допустил серьёзную ошибку, и ещё долго рассказывал бывшим коллегам, будто его карьеру разрушила какая-то случайная женщина с уборочной тележкой.
Ирину тем временем пригласили в главный офис холдинга.
Она пришла в строгом тёмном костюме, который несколько лет висел в шкафу без дела. С собой принесла диплом, выписки о прежнем стаже, характеристики и рекомендации от бывших руководителей.
Матвеев встретил её уже иначе — без прежней иронии и показного превосходства.
— Ирина Павловна, мы проверили информацию. Ваш опыт подтвердился.
— Хорошо, — спокойно ответила она.
— Семнадцать лет в международных поставках. Руководство отделом. Переговоры, контракты, персонал, бюджеты. Почему вы всё это время не пытались вернуться в профессию?
— Пыталась, Дмитрий Олегович. Но после сокращения мне было сложно уезжать из города. Мама нуждалась в постоянной помощи, а подходящих вакансий поблизости почти не было. Потом я устроилась в гостиницу.
— И не жалели?
— Иногда жалела, — честно сказала Ирина. — Только сожаления не устраивают человека на работу.
Матвеев пододвинул к ней лист с описанием вакансии.
— Я готов предложить вам должность руководителя отдела международных закупок. Достойная зарплата, сильная команда, понятный круг задач.
Ирина внимательно прочитала документ от начала до конца.
— Это хорошая работа, — сказала она, возвращая лист на стол. — Но вы обещали директорскую должность.
Матвеев устало откинулся на спинку кресла.
— Вы понимаете, какая это ответственность?
— Именно поэтому я бы и не согласилась, не разобравшись сначала в состоянии предприятия.
— Но вы всё равно настаиваете?
— Я хочу понять, готовы ли вы действительно доверить мне такую работу. Если нет — скажите прямо. Только не называйте другое предложение исполнением обещания.
В кабинет вошла Юлия. В руках она держала папку с отчётами торговой компании, которая полностью принадлежала Матвееву через его бизнес-структуры.
— Папа, я изучила прежние обязанности Ирины Павловны. Она занималась поставками, руководила отделом, работала с бюджетами и контролировала исполнение договоров. Я предлагаю оценить её кандидатуру по-настоящему.