Виктор Михайлович коротко кивнул и, уже разворачиваясь к операционному блоку, попросил Марину не уходить далеко:
— Побудьте с нами в операционной. Английский я понимаю, но лишняя помощь не помешает.
Марина наклонилась к пациенту, осторожно сжала его ладонь и тихо объяснила: у него острое воспаление аппендикса, сейчас его срочно прооперируют. Мужчина измученно прикрыл глаза и почти простонал:
— Пожалуйста… скорее. Я уже не выдерживаю.
На следующий день, едва выдалась свободная минута, Марина заглянула в послеоперационную палату. Иностранец был уже совсем другим: лицо порозовело, взгляд стал осмысленным. Высохшие волосы отливали медью и каштаном, яркие синие глаза казались ещё выразительнее из-за тёмных ресниц. Марина поймала себя на том, что смотрит на него слишком долго, пока он горячо благодарил её за помощь.
— Доктор сказал, что без вас я мог не дожить, — произнёс Игорь. — Ещё немного, и всё закончилось бы перитонитом.
— Но почему вы не позвонили в скорую? — не удержалась Марина.
— Я купил местный телефон сразу после приезда, — виновато улыбнулся он. — Только именно тогда, когда он был нужен, батарея села.
Игорь достал старый кнопочный аппарат, неловко помахал им и положил на одеяло.
— Где вы только нашли такую древность? — Марина невольно улыбнулась, беря телефон в руки.
— У бездомного. Он сказал, что ему срочно нужны деньги, а я решил помочь. Правда, зарядку он мне не дал, поэтому пользоваться телефоном получалось не всегда.
— Хотите, поставлю его на зарядку? В сестринской есть универсальное устройство.
— Я буду вам очень благодарен, — лицо Игоря заметно просветлело.
Марина снова поймала себя на том, что задержала на нём взгляд чуть дольше, чем следовало. В сестринской она подключила аппарат к зарядке. Экран на мгновение ожил, и Марина успела заметить открытый список контактов. Среди имён мелькнула фамилия, от которой у неё будто перехватило дыхание: Плотников.
Дисплей тут же погас, но Марина застыла с телефоном в руке. Заглянуть или нет? С одной стороны — чужая вещь. С другой — она не собиралась читать личные разговоры, ей нужно было лишь проверить номер. Фамилия ведь принадлежала её бывшему мужу. После короткой борьбы с собой Марина всё-таки нажала кнопку включения. Экран снова засветился, контакты появились перед глазами, и среди них опять стоял Плотников.
Она открыла запись и увидела последнее сообщение: «Она едет. Выбрасывай телефон и действуй».
Марина посмотрела на номер отправителя — и похолодела. Писал Артём.
То, что обнаружилось дальше в переписке её бывшего мужа с владельцем телефона, едва не выбило у Марины почву из-под ног. Оказалось, человек, бросившийся под колёса её машины, был смертельно болен: последняя стадия опухоли мозга. Сначала он умолял Артёма одолжить денег, чтобы кредиторы не выгнали из дома его жену и троих детей. Писал, что готов продать почку, любые органы, лишь бы семья не оказалась на улице. Но болезнь уже дала метастазы, и его тело было разрушено.
Тогда Артём предложил ему страшную сделку: закрывает долги, а тот выходит под машину Марины. У Артёма давно была другая женщина, и он хотел избавиться от жены. А если получится — заодно и от тестя.
Людмила Павловна оказалась права: вырастила не сына, а настоящего изверга. От осознания этой подлости Марине на секунду стало так темно внутри, что мелькнула жуткая мысль: проще самой шагнуть под колёса. Но она тут же отогнала её. Нет. Маме и так пришлось слишком много вынести. Ещё одного удара она не переживёт. Значит, надо не сдаваться, а действовать.
Марина вернулась к Игорю в палату.
— Вы не знаете, откуда у того бездомного был этот телефон? — спросила она как можно спокойнее.
— Он говорил, что нашёл его, — ответил Игорь.
— Можно я возьму его ненадолго? Для суда. Простите, я случайно увидела там сведения, которые могут оказаться очень важными.
— Конечно, берите, — без колебаний согласился он. — Только мне иногда нужно звонить на местные номера.
— Я принесу вам другой телефон, — пообещала Марина.
В свою следующую смену она отдала Игорю старый смартфон, которым пользовалась ещё в школьные годы. Мужчина растерялся от такой заботы и принялся благодарить её снова и снова:
— Если бы не вы, Марина… правда, если бы не вы…
Но мысли Марины уже были далеко. Она снова и снова возвращалась к той аварии, к сообщению, к переписке, которая наконец могла доказать правду. В тот же день она связалась с адвокатом, занимавшимся её делом, и рассказала о найденных доказательствах. Юрист немедленно взялся за работу. Спустя некоторое время Артём оказался на скамье подсудимых сразу по нескольким обвинениям: присвоение бизнеса, организация преступной схемы и создание обстоятельств, которые привели к смерти одного человека и к несправедливому заключению другого.
Когда Марина пришла на очередное дежурство, она по привычке заглянула в палату Игоря — и остановилась на пороге. На его койке лежал уже другой пациент. У дежурных она спросила, куда перевели иностранца, и услышала простой ответ:
— Выписали.
«Ну и хорошо, значит, поправился», — подумала Марина. Но почему-то на сердце стало пусто. Видимо, она успела привыкнуть к этому человеку с прозрачными глазами и мягкой улыбкой. В конце концов, не мог же он оставаться в больнице бесконечно. Улетит теперь домой с маленьким шрамом на правом боку — памятью об Украине, усмехнулась она про себя.
Марина подошла к окну, чтобы протереть подоконник, и машинально посмотрела вниз. Взгляд упал на ту самую скамейку, где она впервые увидела Игоря. И она едва не вскрикнула.
Возле входа стоял белоснежный автомобиль. На его крыше, держа в руках огромный букет роз, сидел Игорь. Заметив Марину в окне, он так резко дёрнулся, что чуть не съехал на асфальт, но всё же удержался и громко, на смешном ломаном русском, выкрикнул:
— Марина, я люблю вас! Станьте моей женой!
К окнам тут же потянулись пациенты, врачи, медсёстры и санитарки. Все смотрели, как этот странный, счастливый иностранец спрыгивает с машины и бежит навстречу Марине. А потом подхватывает её на руки так легко, будто она ничего не весит, и покрывает поцелуями.
— Похоже, в нашем отделении намечается свадьба, — задумчиво сказала старшая сестра-хозяйка. — Жалко только, хорошую работницу придётся отпускать.
— А почему обязательно отпускать? — возразила другая санитарка. — Может, она и после свадьбы у нас останется.
— Не останется, — покачала головой старшая. — Заявление уже написала. Ей теперь надо поднимать из развалин свою туристическую фирму, которую бывший муж почти уничтожил. Так что будем снова искать человека на вакансию.
Ольга развернулась, собираясь идти в сестринскую, но вдруг услышала, как по лестнице кто-то стремительно взбегает наверх. Она оглянулась — и всплеснула руками:
— Алина? Ты?! Вернулась?!
К ней со всех ног неслась маленькая, почти девчоночья девушка с короткой стрижкой.
— Ольга, представляешь! — выдохнула она, бросаясь к ней. — Меня условно-досрочно выпустили! И, кажется, обвинения вообще могут снять. Это Марина подключила к моему делу своего адвоката. Возьмёшь меня санитаркой?
— Алина, тебя — с огромной радостью! — рассмеялась старшая сестра-хозяйка.
