— …который только что вышел на крыльцо, — я задержала на нём взгляд. — Две липовые шкатулки, сделанные на заказ вручную, — четыре тысячи гривен. Итальянская морилка — ещё тысяча.
Я на секунду замолчала, чтобы цифры успели дойти до всех присутствующих.
— Получается пять тысяч гривен за творческий порыв Максима в моей мастерской. Фото есть. Запись с камеры тоже сохранилась.
Ольга уже набрала воздуха, явно собираясь возмутиться, но я спокойно подняла ладонь, не давая ей вставить ни слова.
— Теперь дальше. Дмитрий, глянь на мангал. Те самые дубовые доски для лестницы, которые ты почти полгода искал, Андрей благополучно отправил в огонь. Это ещё три тысячи двести гривен. Общая сумма — восемь тысяч двести.
Дмитрий медленно, будто не сразу поверив услышанному, повернулся к мангалу. Его лицо, обычно мягкое и расслабленное на даче, стало жёстким, словно высеченным из камня.
— Да вы что… мы же свои! — тоненько выдавила Ольга, и вся её прежняя уверенность начала осыпаться прямо на глазах.
Но отступать она, похоже, не собиралась и бросилась в последнюю, самую отчаянную атаку:
— Дмитрий, ты вообще себя слышишь?! Я тебе сестра, родная кровь! Мы приехали просто отдохнуть, а ты из-за каких-то досок своей жены собираешься с роднёй ссориться? Совсем под каблук залез?!
За забором Татьяна Сергеевна не удержалась. Она громко, с явным удовольствием хмыкнула, наслаждаясь представлением.
— Родные люди не входят в чужой дом как к себе и не портят то, что им не принадлежит, — коротко ответил Дмитрий.
Сказал он негромко, но Андрей тут же втянул голову в плечи так, будто его окатили ледяной водой.
— И уж точно не выставляют меня перед соседями посмешищем, — добавил муж. — Ольга, переводишь Марине деньги за материалы. Прямо сейчас. И запомни: без приглашения я вас здесь больше видеть не хочу.
— Да вы оба ненормальные! — взвизгнула Ольга, багровея от унижения. — Чтобы мы ещё хоть раз к вам приехали!
— Буду только рад, если сдержишь слово, — спокойно кивнул Дмитрий. — Собирайтесь.
Уезжали они уже не как победители, захватившие чужую территорию, а как люди, которых при свидетелях прижали к стене сухими фактами.
Ольга суетливо отворачивалась от забора, стараясь не встречаться взглядом с любопытной соседкой. Андрей мрачно запихивал клетчатую сумку в багажник, предварительно переведя мне на карту всю названную сумму.
Когда их машина наконец выехала за ворота и растворилась в пыльном облаке, Дмитрий подошёл к калитке и молча сбросил старые настройки электронного замка.
— Код поменяем, — сказал он коротко. Потом немного помолчал и уже мягче добавил: — Пойдём, покажу, какие фрезы тебе привёз. А вечером вместе прополем сныть возле морковки.
С тех пор Ольга больше не появлялась у нас «на пару дней».
Наверное, она впервые поняла простую вещь: в гости можно приехать с пирогом, с чемоданом, даже с тяжёлым характером. Но с желанием командовать в чужом доме — только обратно, за ворота.