Хорошая планировка, два балкона, свежий ремонт.
Тамара взяла листок и внимательно посмотрела на него.
Девять миллионов гривен. — И что вы предлагаете? — спросила она, хотя уже догадывалась о ответе. — Предлагаю продать обе ваши квартиры и приобрести эту.
У Александра квартира стоит шесть с половиной миллионов, у тебя же — три.
В сумме получается девять с половиной.
Этих денег хватит и на новую квартиру, и останется ещё.
Александр молчал, изучая объявление. — Мы не собираемся продавать наши квартиры, — твердо заявила Тамара.
Ольга Михайловна улыбнулась. — Тамара, ты еще молода и не понимаешь.
Так поступать нельзя.
Нельзя держать имущество по отдельности.
Вы — семья. — Поэтому моя квартира остаётся моей.
Свекровь нахмурилась. — Что значит «моей»?
Ты замужем.
Всё должно быть общим. — Ольга Михайловна, я приобрела эту квартиру до брака.
Она является моей личной собственностью. — Но вы с Александром муж и жена!
Вы должны всё делить! Тамара почувствовала, как внутри нарастает раздражение. — Мы можем делить только доход от аренды.
Но не саму квартиру.
Ольга Михайловна встала и прошлась по комнате. — Знаешь, Тамара, мне не нравится твоя позиция.
Ты держишь квартиру на всякий случай.
Это значит, что ты не доверяешь Александру. — Мама, хватит, — наконец вмешался Александр. — Что значит «хватит»?
Я говорю правду!
Она боится остаться без жилья, поэтому держит её.
А ты что?
Ты её обеспечиваешь, работаешь, а она имеет запасной аэродром!
Тамара вскочила. — Запасной аэродром?
Я два года работала на этот «аэродром»!
Отказывала себе во всём, чтобы его купить!
И теперь вы хотите, чтобы я просто так отдала его? — Никто не говорит «просто так»!
Мы предлагаем разумное решение! — Разумное для кого?
Для вас?
Ольга Михайловна побледнела, затем покраснела. — Как ты смеешь так со мной разговаривать! — Я смею, потому что вы лезете не в своё дело!
Александр встал между ними. — Тамара, успокойся. — Я спокойна! — она взглянула на свекровь. — Но не позволю вам решать за меня, что делать с моим имуществом!
Ольга Михайловна выпрямилась. — Я мать Александра.
И имею право заботиться о его благе! — О его благе?
Или о собственном контроле? — вырвалось у Тамары. — Что ты сказала? — Вы хотите, чтобы у меня ничего не было.
Чтобы я полностью зависела от вашего сына.
Так я никуда не денусь, верно? — Тамара! — Александр схватил её за руку. — Прекрати немедленно!
Но остановить её уже было невозможно. — Вы боитесь, что я уйду от Александра и заберу свою квартиру.
Поэтому хотите, чтобы я её продала.
Чтобы у меня не было куда идти!
Ольга Михайловна затряслась от гнева. — Убирайся отсюда!
Немедленно! — Ухожу, — Тамара схватила сумку. — И запомните: ни вы, ни ваш сын никогда не имели и не будут иметь права на мою квартиру!
Она выбежала в прихожую и накинула куртку.
Александр бросился за ней. — Тамара, подожди! — Отстань! — Куда ты? — Домой.
В свою квартиру, — она распахнула дверь. — В ту самую, которую твоя мать хочет, чтобы я продала! — Не уходи так!
Но Тамара уже спускалась по лестнице, не дожидаясь лифта.
Слёзы текли по её лицу, но она не обращала на них внимания.
На улице она поймала такси и назвала адрес своей квартиры. *** Квартира встретила её пустотой.
Арендаторы съехали три недели назад, мебель оставалась на своих местах, но не было того ощущения дома, которое создают люди.
Тамара прошла в комнату и села на диван.
Руки дрожали.
В голове крутились мысли о страшном разговоре.
Лицо Ольги Михайловны, её возмущённый голос.
И Александр.
Александр, который снова не встал на её сторону.
Телефон завибрировал.
Сообщение от мужа: «Тамара, прости» Потом ещё одно: «Мама не права» И третье: «Приезжай, поговорим нормально» Тамара не ответила.
Ей нужно было время, чтобы всё обдумать.
Понять, что происходит с её жизнью и браком.
Она встала и прошлась по квартире.
Вот эта комната — обои выбирала сама, клеила их вместе с отцом.
Кухня — технику покупала в рассрочку, каждый месяц отдавала по три тысячи.
Ванная — плитку укладывал знакомый мастер, делал со скидкой, понимая, как ей тяжело.
Это было её.
Её труд, её деньги, её жизнь.
И никто не имел права требовать, чтобы она отказалась от этого.
Телефон снова завибрировал.
Звонок от Александра.
Тамара сбросила.
Потом написала коротко: «Мне нужно побыть одной» Ответ пришёл быстро: «Хорошо.
Но приедешь вечером?» «Не знаю» Она выключила звук телефона и лёгла на диван.
За окном светило яркое солнце, но в квартире было холодно.
Отопление работало на минимуме, ведь здесь никто не жил.
Тамара натянула на себя плед, лежавший на спинке дивана, и закрыла глаза.
Усталость накатила мгновенно.
Последние дни она почти не спала, переживала и нервничала.
А теперь не оставалось сил даже думать.
Проснулась она от звонка в дверь.
За окном уже темнело.
Тамара встала и подошла к двери. — Кто там? — Тамара, это я, — раздался голос Александра.
Она открыла.
Он стоял с пакетом в руках, выглядел растерянным. — Привет, — протянул он ей пакет. — Принёс поесть.
Думаю, ты голодна.
Тамара действительно почувствовала голод.
Взяла пакет и прошла на кухню.
Александр последовал за ней.
Они сели за стол.
В пакете оказались контейнеры с готовой едой из супермаркета.
Плов, салат, кусок пиццы. — Спасибо, — тихо сказала Тамара.
Они ели молча.
Александр несколько раз пытался начать разговор, но не мог подобрать слов. — Я поговорил с мамой, — наконец произнёс он. — После того, как ты ушла. — И? — Сказал, что она переступила черту.
Что твоя квартира — твоя, и никто не вправе требовать её продажи.
Тамара посмотрела на него. — Правда сказал? — Правда.
Мама обиделась.
Сказала, что я выбрал жену, а не родную мать.
Но я настоял.
