Впрочем, на этом странности не заканчивались.
Оксана действительно не могла пожаловаться на свекровь — формально придраться было не к чему. И всё же внутри неё жило настороженное чувство, будто за безупречной вежливостью скрывается что‑то иное. Олена Валерьевна в юности мечтала о сцене. Эта тема всплывала почти при каждой встрече. Стоило разговору коснуться прошлого, как она будто преображалась: голос становился глубже, движения — выразительнее, а рассказ растягивался в целую театральную исповедь. Слушателям отводилась роль благодарной публики — желательно с искренним восхищением во взгляде.
Надо признать, в молодости Олена и правда была ослепительно хороша собой. Однако актёрская карьера так и осталась мечтой. Несмотря на знакомство с известным режиссёром, судьба распорядилась иначе: внезапная беременность, поспешная свадьба — и на свет появился Тарас. Так что воспоминания о несбывшейся сцене приносили ей одновременно сладость и горечь.
— Да бросьте вы, — иногда вмешивался Богдан, если оказывался рядом во время очередного монолога супруги. — Я же её не держал. Хотела — могла бы играть. Я бы только радовался её успехам. Так что не стоит теперь говорить, будто кто‑то помешал.
Оксана понимала: характер у свекрови непростой. И чем дальше, тем отчётливее ей чудилось, что Олена словно играет роль — демонстрирует одно, а думает другое. Эта неуловимая фальшь пугала. Оксана была человеком прямым: уж лучше честная неприязнь в лицо, чем улыбка, за которой скрывается неизвестно что.
После свадьбы молодые решили жить отдельно. Инициатором выступил Тарас. Он словно прочёл мысли жены — ей хотелось чувствовать себя хозяйкой собственного пространства, а не гостьей в чьём‑то доме. Теоретически они могли поселиться и у его родителей, и у её, но съёмная квартира казалась более разумным вариантом.
Жильё выбрали скромное, но вполне приличное: две комнаты, аккуратный ремонт, исправная сантехника, ни намёка на насекомых. Дом находился недалеко от метро, соседи выглядели спокойными. Что ещё нужно молодой семье для старта?
По выходным они навещали родителей — то сначала её маму с папой, потом его, то наоборот. Оксана уже второй год работала бухгалтером в компании, продающей офисную технику, постепенно продвигаясь по карьерной лестнице. Тарас трудился в фирме, выпускающей обои и другие материалы для ремонта. Кредитов у них не было — ни ипотеки, ни потребительских займов. Жизнь складывалась удивительно ровно и благополучно.
И всё же в последнее время Оксану не покидало тревожное ощущение, будто с ней что‑то не так.
Сначала она не придала значения мелочам. То помада окажется не в косметичке, а на кухонной полке. То любимая кружка внезапно перекочует в дальний шкаф. Она списывала это на усталость, рассеянность, нехватку сна. Но потом стали пропадать вещи.
Иногда они возвращались — появлялись в самых неожиданных местах. А кое‑что исчезало бесследно. Однажды Оксана заметила, что над их кроватью больше не висит ловец снов — тот самый амулет, который она купила просто ради уюта. В приметы она не верила, но украшение придавало комнате особое настроение.
Теперь же стена была пустой.
Сначала она решила, что украшение просто сорвалось. Заглянула под кровать — вдруг упало и закатилось. Но под ней было пусто, и это стало началом ещё более тревожных размышлений.
