Вот Светлана Павловна подтвердит: она человек поживший, многое видела.
Светлана Павловна от этих слов будто уменьшилась в размерах, втянула голову в плечи и опустила взгляд.
— Мужику, Дарья, прежде всего нужен дом, — назидательно продолжила Наталья Степановна и подняла указательный палец, словно читала лекцию. — Не стены с мебелью, а нормальный дом. Чтобы он после работы пришёл — а там уютно, прибрано, еда горячая. А у тебя что? Ты целыми днями в свой экран смотришь. Артём приходит, а ужин, небось, ещё и не готов?
— Ужин у нас бывает, — спокойно ответила Дарья.
— Сама же сказала: работаешь. Когда ты успеваешь готовить?
— Иногда утром, иногда вечером. Как получается по задачам.
— То есть с утра приготовленное разогреваете, — Наталья Степановна снова глубоко вздохнула, будто этим вздохом хотела обозначить всю бездну семейного неблагополучия. — Светлана, ты слышала? Разогретое едят.
Светлана Павловна что-то невнятно промямлила себе под нос.
Дарья расставила перед ними чашки, налила чай и невольно снова вернулась мыслями к работе. В проекте висел один крупный блок, требующий тишины и полного внимания. Клиент ещё утром написал коротко: «Жду к шести». А времени оставалось совсем немного.
— Наталья Степановна, — осторожно начала Дарья, — я правда рада, что вы зашли. Но у меня сегодня важный срок сдачи, мне необходимо закончить работу. Может, мы созвонимся на неделе и договоримся о встрече?
Свекровь посмотрела на неё тем особенным взглядом, который бывает у женщин, уверенных в собственной правоте настолько, что спорить с ними кажется почти неприличным. В этом взгляде было спокойное, непоколебимое превосходство.
— У тебя в доме гости, — произнесла она. — Тебя мама разве не учила элементарным вещам? Когда люди пришли, хозяйка откладывает дела и занимается гостями. Это азы воспитания.
Светлана Павловна тихо вставила что-то вроде: «Наташа, может, мы правда…» — но Наталья Степановна либо не расслышала, либо решила не слышать.
— А если к вам кто-то зайдёт? — повысила она голос. — Соседи, знакомые, мои приятельницы. Скажут: Артём приглашал, давайте заглянем. И что тогда? Ты всех будешь с порога разворачивать? Мне потом за тебя перед людьми краснеть?
— Ко мне без предупреждения никто не приходит, — ровно сказала Дарья. — Кроме вас.
Повисла пауза. Длинная, натянутая.
— Ты сейчас мне грубишь? — голос Натальи Степановны стал ниже и тише, а это было куда опаснее крика. Обычно именно так она говорила перед тем, как сорваться. — Я мать своего сына. У меня есть право…
— Прийти к нему домой — конечно. Он будет примерно к семи.
— Его дом — это и твой дом! — свекровь резко подалась вперёд. — И ты живёшь здесь за его счёт, а ещё смеешь объяснять мне, когда мне приходить?
Вот оно.
Дарья ощутила, как внутри что-то окончательно натянулось, словно пружина дошла до последнего витка. Она неторопливо поставила чашку на стол. Сначала посмотрела на Наталью Степановну, потом перевела взгляд на Светлану Павловну. Та сидела боком, уставившись куда-то в сторону, с выражением человека, который мечтает исчезнуть или оказаться в любом другом месте.
— Я не живу за его счёт, — произнесла Дарья очень спокойно. — Я зарабатываю. Дома. За компьютером. И это нормальная работа.
— Ой, деточка, какая же это работа? — Наталья Степановна снисходительно усмехнулась. — Так, занятие для души. Вот Артём ходит на работу, он приносит деньги, он вас обеспечивает, он…
— Артём знает, сколько я зарабатываю.
— Да неужели? И сколько же? — в голосе свекрови прозвучала откровенная насмешка.
— Это вас не касается, — сказала Дарья без раздражения. Просто обозначила границу.
Наталья Степановна раскрыла рот, затем закрыла его. Потом снова открыла.
— Светлана, ты слышишь, как она со мной разговаривает?
Светлана Павловна уже явно хотела уйти. Это выдавали и поджатые ноги, и напряжённые плечи, и то, как она всё чаще поглядывала на свою сумку у двери.
— Дарья, — снова начала свекровь, и голос её поднялся на привычную высоту, — ты ещё молодая, многого не понимаешь. Семья — это не контора и не эти ваши задания. Семья — это когда жена создаёт атмосферу, когда муж возвращается в уют, когда дома всё устроено как надо…
— Наталья Степановна, — перебила её Дарья и медленно выпрямилась.