Звонок в дверь прозвучал как раз тогда, когда Дарья почти добралась до финального отрезка работы.
Она сидела перед ноутбуком, в наушниках, не отрывая глаз от экрана. Пальцы быстро стучали по клавишам, а всё вокруг словно перестало существовать: комната, время, даже собственная усталость. Остался только проект, большой и сложный, который непременно нужно было сдать до вечера. Заказчик из Львова уже ждал результат. Платил он так щедро, что Артём, когда услышал сумму, только присвистнул и переспросил: «Дарья, ты не шутишь?» Она не шутила ни капли.
Звонок повторился. На этот раз длиннее, настойчивее, почти требовательно.
Дарья резко сняла наушники и посмотрела в сторону прихожей, будто могла взглядом пройти сквозь стену и понять, кто там стоит. Потом бросила взгляд на часы. Времени оставалось мало, но ещё можно было успеть. С трудом подавив раздражение, она поднялась и пошла открывать.
На пороге обнаружилась Наталья Степановна — в осеннем пальто с меховым воротником и с таким выражением лица, словно она только что застала невестку посреди полного разгрома. Чуть позади неё неловко переступала с ноги на ногу невысокая женщина в бежевом пальто. Глаза у неё были виноватые, извиняющиеся. Соседка. Дарья видела её пару раз мельком.
— Ну что, встречай гостей! — бодро объявила Наталья Степановна и сразу шагнула в квартиру, даже не потрудившись дождаться приглашения.
Именно так этот день и пошёл наперекосяк.
Соседку звали Светлана Павловна. Она вошла следом почти бесшумно, аккуратно поставила сумку возле тумбочки и всем своим видом показывала: инициатива не её, она тут случайно, и вообще с куда большим удовольствием осталась бы у себя дома. Дарья успела одарить её сочувственным кивком, и та ответила смущённым, виноватым взглядом.
А Наталья Степановна уже стояла посреди прихожей и оглядывала всё вокруг с выражением строгого проверяющего.
— Дарья, у тебя в углу грязь.
— Здравствуйте, Наталья Степановна.
— Здравствуй, здравствуй. Это Светлана, моя соседка. Мы тут рядом проходили, я и подумала: почему бы не зайти? Артём дома?
— Артём на работе.
— Разумеется, на работе, — свекровь произнесла это с явным удовлетворением, будто лично отправила сына трудиться. — А ты, значит, дома сидишь.
— Я работаю дома.
Наталья Степановна посмотрела на неё снисходительно, как на ребёнка, который уверяет взрослых, что умеет летать.
— Чай поставь. Всё-таки гости пришли.
Дарья ещё секунду стояла в прихожей, чувствуя, как внутри медленно сжимается тугая пружина. Потом молча развернулась и направилась на кухню. Нужно было хотя бы немного выиграть время. И понять, надолго ли вся эта внезапная проверка.
Пока чайник набирал температуру, она быстро вернулась к ноутбуку и взглянула на экран. Сделана была примерно половина. Только половина. А впереди оставался самый трудный кусок, для которого требовались тишина, сосредоточенность и свежая голова. Но голова уже начинала занимать оборонительную позицию.
Из гостиной донёсся голос свекрови:
— Света, ты только посмотри, как у неё всё разбросано. Книги, какие-то бумаги. Артём, наверное, сам порядок наводит.
Дарья закрыла ноутбук. Медленно. С явным усилием.
Затем вошла в гостиную и улыбнулась той самой улыбкой, которую за два года брака научилась удерживать на лице рядом со свекровью: спокойной, ровной, почти невозмутимой.
— Наталья Степановна, чай сейчас будет. Вы надолго?
— Что значит — надолго? Мы только зашли. Присядь, поговорим.
Светлана Павловна в этот момент упорно смотрела в окно.
Беседа покатилась по давно знакомым рельсам. Сначала Наталья Степановна спросила, чем Дарья занималась с самого утра. Дарья ответила, что работала. Свекровь уточнила, та ли это работа, которая «в интернете». Дарья снова подтвердила: да, именно она. Наталья Степановна тяжело вздохнула — так вздыхают рядом с человеком, которого считают безнадёжным.
— Дарья, я скажу прямо, потому что я мать и хочу добра и тебе, и Артёму.