— Девушка, вам в какую сторону? — из салона донёсся мужской голос. — Не пугайтесь, я просто могу подвезти. Или вы и правда собираетесь просидеть здесь до рассвета?
Мария замялась, но всё-таки сделала несколько шагов к внедорожнику. Машина оказалась такой высокой, что ей даже не пришлось наклоняться, чтобы заглянуть в открытое окно.
— А автобус уже не придёт? — спросила она, стараясь разглядеть лицо водителя в полумраке.
— Понятия не имею, — спокойно ответил мужчина. — Ну так что, поедете?
В обычной ситуации Мария ни за что не решилась бы сесть в автомобиль к незнакомцу. Но сейчас она продрогла до костей, вымоталась, к тому же с утра почти ничего не ела. Немного поколебавшись, она взялась за ручку, открыла тяжёлую дверцу и с трудом забралась на высокое сиденье.
Внутри было тепло и тихо. Пахло дорогой кожей, едва уловимым ароматизатором, а из динамиков негромко лилась спокойная музыка.
— У вас кто-то в больнице? — поинтересовался водитель, плавно выруливая от остановки.
— Мама, — осторожно произнесла Мария.
— Ничего, поправится ваша мама, — мягко сказал он, будто хотел хоть немного её успокоить.
— Она шейку бедра сломала. Со стремянки упала, — зачем-то добавила Мария, хотя мужчина вовсе не требовал подробностей.
В салоне было уютно, панель приборов светилась приглушённым голубым светом. В машинах Мария не разбиралась, зато Артём разбирался прекрасно и давно мечтал именно о такой. «Ты понимаешь, такая даже с пробегом около четырёх миллионов стоит», — всплыли в памяти его слова. Четыре миллиона… Если бы продать этот автомобиль, хватило бы не на один эндопротез. Сейчас все её мысли снова и снова возвращались только к одному: где взять деньги на операцию.
— Простите, что? — спохватилась она, поняв, что мужчина что-то сказал, а она пропустила мимо ушей.
— Я спросил, у вас серьёзные трудности? — повторил он.
— Да, — после короткой паузы призналась Мария.
И вдруг, сама не понимая почему, рассказала ему всё. Про падение, про диагноз, про операцию, про ожидание квоты. Голос у неё дрожал, она изо всех сил пыталась не расплакаться, но слёзы всё равно подступали.
— Квоту можно ждать, — всхлипнула она, — только всё это время мама будет лежать и не сможет подняться.
— Не надо сразу отчаиваться, — сказал мужчина уже серьёзнее. — Как вашу маму зовут? Я попробую выяснить, можно ли что-то сделать. У меня сестра в этой больнице работает, правда, в другом отделении. Вы её, наверное, видели — я как раз привёз её на дежурство. В бардачке салфетки лежат, возьмите.
Мария только тогда почувствовала, что по щекам у неё действительно текут слёзы. Она достала салфетку и торопливо промокнула лицо.
Она не строила иллюзий. С чего бы этому человеку помогать? Она для него никто, случайная девушка с остановки. Но всё равно в душе появилась благодарность. Он не произносил пустых утешений, не раздавал уверений, что всё непременно наладится, а просто отнёсся по-человечески. Мама всегда повторяла: рассчитывать в жизни надо только на себя. Вот и дорассчитывалась — полезла одна на стремянку.
У подъезда Мария поблагодарила водителя и выбралась из машины. Внедорожник отъехал почти сразу, и лишь тогда она поняла, что даже имени его не спросила.
Поднявшись на свой этаж, Мария увидела у двери Артёма. О нём она за всей этой суматохой совершенно забыла.
— Где ты была? Чья это машина? Почему телефон выключен? — набросился он на неё с вопросами.
— Прости, телефон сел, — устало ответила Мария, доставая ключи. — Маму в больницу увозила. Она ногу сломала. Автобусы уже не ходили, такси вызвать не получилось, вот мужчина и подвёз меня до дома.
Пока она ждала скорую, стремянку она подняла, но занавеска так и осталась висеть криво, закрывая только половину окна.
— Мама хотела снять тюль, чтобы постирать, — объяснила Мария, открывая дверь. — Упала со стремянки и сломала шейку бедра. Нужна операция, а денег у нас нет.
— Прости, я не знал, — растерянно сказал Артём. — А сколько надо?.. Серьёзно? Ничего себе сумма!
Он присвистнул, когда Мария назвала цифру, потом шагнул ближе, обнял её и поцеловал. Сначала осторожно, но почти сразу его руки стали настойчивее. Мария упёрлась ладонями ему в грудь и оттолкнула, не позволив повалить себя на диван.
— Маш, ну ты чего? Мамы же дома нет… — Артём снова потянулся к ней.
— Артём, ты правда не понимаешь? — Мария вырвалась из его объятий. — Мне сейчас совсем не до этого. Я ни о чём, кроме денег, думать не могу. Как ты считаешь, мне вообще дадут кредит?
