— Костюм — строгий, серый, без всякой самодеятельности. Девочки — в темных платьях, никаких вырезов и блесток. Даниил — обязательно при галстуке. А Наталья… Наталья, ты в воскресенье к одиннадцати подъедешь в ресторан, проследишь, чтобы холодные закуски расставили как надо, передашь администратору оставшуюся сумму и сразу вернешься домой. Сам банкет начнется в четыре.
— И сколько там осталось доплатить? — уточнила Наталья ровным, почти бесцветным тоном.
— Да пустяки, шестнадцать тысяч восемьсот гривен, — небрежно отмахнулась Марина Павловна. — Фрукты, морс, работа официантов. Для тебя это ведь не деньги, ты у нас мастерски умеешь ужиматься в быту.
Наталья медленно подошла к зеркалу в прихожей и задержалась перед ним на пару секунд. Из зеркальной глубины на нее смотрела вполне приятная женщина пятидесяти двух лет: аккуратное каре, живые серые глаза, в уголках губ — едва заметная насмешка. Уставшая, конечно. После трех стирок подряд, выдраенной кухни и полов, натертых до состояния операционной. Но назвать ее «человеком коммунального быта» могла только особа, напрочь лишенная чувства опасности.
— Разумеется, Марина Павловна, — мягко сказала Наталья и даже кивнула с образцовой покорностью. — Все проконтролирую. Сделаю так, что придраться будет не к чему.
Андрей с видимым облегчением выпустил воздух:
— Ну вот, Наташка, я же говорил, ты у меня разумная женщина. Чего устраивать скандал из-за мелочей? Посидишь дома в тишине, отдохнешь, выспишься наконец. Когда тебе еще такой свободный день достанется?
— И правда, Андрей, — спокойно согласилась она. — Когда еще выпадет.
Вся суббота прошла под знаком торжественной суматохи. Марина Павловна то и дело примеряла бархатное платье с кружевным воротничком, который, по ее словам, достался ей еще от какой-то тетушки «почти дворянского происхождения». Андрей с такой яростью начищал туфли, будто собирался не на семейный банкет, а на торжественный парад на Крещатике. Девочки переговаривались шепотом по углам, выбирая заколки и споря, какие из них выглядят «достаточно прилично». Даниил возился с мятым пиджаком, дергал утюгом рукава и ворчал, что восстание Спартака куда увлекательнее, чем выслушивать старческое покашливание профессора Смирнова.
Наталья тем временем занималась вещами куда более приземленными. С утра она зашла в банк и сняла с карты оставшиеся деньги наличными. Потом заглянула в магазин канцтоваров, долго выбирала и купила плотную красивую папку с тиснением, а к ней — пачку хорошей белой бумаги.
В воскресенье, ровно к одиннадцати, город все так же тонул в мелком промозглом дожде. Улицы были затянуты сизым туманом, дома казались укутанными в мокрые серые шарфы. Наталья вызвала такси — между прочим, за собственный счет — и отправилась в ресторан «Старый замок».
Ресторан и в самом деле был из тех заведений, которые производят впечатление на человека, не привыкшего к показной роскоши. Под потолком темнели массивные дубовые балки, у окон тяжелыми складками висели бордовые бархатные портьеры, на столах поблескивали бокалы, а столовые приборы были вычищены так, что в них можно было разглядывать выражение собственного лица. Посреди зала деловито распоряжался администратор Игорь — молодой мужчина с гладко зачесанными волосами и видом римского патриция, которого по ошибке занесло на шумный сельский базар.
— Наталья Сергеевна? — спросил он, сверяясь с планшетом. — Все подготовлено. Музыкальный квартет будет к трем. Судак уже в маринаде, язык отправлен в печь. С вашей стороны остается доплата — шестнадцать тысяч восемьсот гривен, а также финальный чек за аренду звуковой аппаратуры.
— Игорь, дорогой мой, — ласково произнесла Наталья, устраиваясь за крайним столиком. — У нас немного поменялась концепция праздника.
Администратор сразу насторожился:
— Простите, в каком смысле поменялась? Меню утверждено, кухня работает с семи утра.
— Пусть кухня работает, еду выбрасывать никто не собирается, — Наталья вынула из сумочки договор, оформленный на ее имя и паспортные данные. — Скажите, пожалуйста, Игорь, кто указан в этом документе заказчиком и плательщиком?
— Вы, Наталья Сергеевна, — после короткой паузы ответил он.
— А кто имеет право корректировать список гостей и порядок проведения мероприятия?
Игорь моргнул, уже понимая, что обычной накладкой дело не ограничится.
— Формально — только вы.
— Вот и замечательно, — Наталья улыбнулась так широко и безмятежно, что администратор окончательно напрягся. — Тогда записывайте новые условия. Первое: недостающую сумму я вношу сейчас, полностью. Вот наличные, можете пересчитать.
Игорь быстро прошелся пальцами по купюрам, пересчитал пачку еще раз и заметно потеплел лицом:
— Да, все верно. Оплата закрыта. Какие будут изменения?
— Семейство Белозеровых в составе уважаемой юбилярши Марины Павловны, ее сына Андрея и трех внуков на банкет не допускается.
Глаза администратора стали круглыми:
— Как это не допускается? Но ведь юбилей у нее. Гости приглашены, зал накрыт…
— Форс-мажор, Игорь. Внезапный приступ академической скромности, — невозмутимо объяснила Наталья. — Гостей, разумеется, впустите. Профессора не должны остаться без судака, они ни в чем не виноваты. А вот самой именинницы не будет. Во главе стола сяду я. И мои подруги.
— Какие еще подруги? — растерянно спросил Игорь.
— Самые замечательные, — сказала Наталья. — Людмила со склада готовой продукции, Марина из планового отдела и Верочка из детской поликлиники. Мы с ними двадцать лет мечтали один раз посидеть красиво, без пластиковых контейнеров и домашней селедки. Но все время не получалось: то детям сапоги, то балкон ремонтировать, то свекрови юбилей оплачивать. А сегодня, видите ли, редкий случай — звезды наконец выстроились как надо.
— Но позвольте… — Игорь даже понизил голос. — Родственники ведь приедут к четырем.
— Разумеется, приедут, — Наталья достала из сумочки ту самую плотную папку с тиснением. — И для них у меня предусмотрена отдельная культурная часть. Вот это вы лично вручите господину Андрею Белозерову у входа. В зал их не пропускать. Совсем. Такое распоряжение дает заказчик мероприятия. Если начнут возмущаться, подключайте охрану. Заведение у вас приличное, порядок поддерживать умеете.
Без пятнадцати четыре к парадному входу «Старого замка» одна за другой подъехали три машины такси.
Первой из автомобиля величаво выплыла Марина Павловна. Бархатное платье ниспадало почти до щиколоток, на плечах лежало боа из перьев какой-то загадочной птицы, неизвестной современной орнитологии, а прическа вздымалась над головой с таким наклоном, что напоминала Пизанскую башню в момент, когда та вот-вот окончательно сдастся силе тяжести. Следом выбрался Андрей, отчаянно оттягивая слишком тугой воротник и дергая галстук. За ним понурой вереницей потянулись подростки в строгих темных нарядах. Почти сразу начали подходить гости: седые старички в потертых пиджаках с университетскими значками и дамы в кружевных нарядах давно ушедшей моды.
— Дети, спины ровнее, — командовала Марина Павловна, поднимаясь по гранитным ступеням. — Андрей, проследи, чтобы профессор Смирнов не оступился. Мы сейчас входим не куда-нибудь, а в храм утонченного вкуса.
Створки дверей раскрылись. В просторном вестибюле, перекрыв дорогу к залу с хрустальными люстрами, стоял Игорь. По обе стороны от него расположились двое крепких охранников в одинаковых черных костюмах.
— Добро пожаловать, господа, — сухо произнес администратор. — Профессорско-преподавательский состав и приглашенные гости могут пройти в зал номер один. Столы накрыты, квартет уже играет.
— А нас? — царственно улыбнулась Марина Павловна, вытянув вперед руку в кружевной перчатке. — Я виновница торжества. Где распорядитель? Где встреча? Где цветы?
— Вы гражданка Белозерова? — уточнил Игорь, глянув в бумагу.
— Да, Марина Павловна Белозерова, вдова доцента…
— Вход вам запрещен, — четко произнес администратор. — Так же, как вашему сыну и внукам.
Тишина рухнула на вестибюль так резко, что стало слышно, как где-то у гардероба шуршит полиэтиленовый чехол от пальто. Профессор Смирнов, который уже мысленно настраивался на первый бокал клюквенного морса, застыл с приоткрытым ртом.
— Это что еще за наглость? — взорвался Андрей, мгновенно багровея над воротником. — Вы вообще понимаете, кто оплачивает этот банкет? Я сейчас полицию вызову! Мы клиенты!
— Банкет оплачен гражданкой Белозеровой Натальей Сергеевной, — невозмутимо ответил Игорь и коротким жестом велел охране стать плотнее. — Сумма внесена полностью, задолженности нет. Согласно ее письменному распоряжению, доступ в вип-зону для пяти указанных лиц закрыт. Прошу получить уведомление.
Он протянул Андрею красивую папку.
Андрей дрожащими пальцами открыл ее и побледнел.