— Мясо — тем более, — добавила я. — То есть я правильно поняла: тебе самому денег жалко. Мне, кстати, тоже. Тогда в чём между нами разница?
Владимир на несколько секунд замолчал, провёл пальцами по переносице, будто сдерживал раздражение.
— В том, что я только бурчу, а ты ещё и с собой тащишь, — наконец сказал он. — Бурчать, между прочим, ничего не стоит.
Ирина тихо фыркнула, но сразу же сделала вид, что просто кашлянула.
И тут я всё-таки произнесла то, что давно крутилось у меня в голове.
— А торт на свадьбе Юлии ты забыл?
Юлия — его дочь. Шесть лет назад она выходила замуж. Ресторан был почти такой же: просторный зал, белые скатерти, тяжёлые салфетки, официанты с одинаковыми улыбками. Когда праздник уже подходил к концу, Владимир перехватил администратора и попросил упаковать свадебный торт, потому что от него оставалось больше половины.
Ему вынесли большую коробку, перевязанную красной лентой. Он нёс её двумя руками, по ступенькам спускался боком, а в машине держал на коленях и всю дорогу предупреждал Андрея, чтобы тот не тормозил резко.
Тогда мы все ещё смеялись.
— Торт — совсем другое дело, — упрямо возразил Владимир. — Это была свадьба. Я за тот банкет пятнадцать тысяч двести гривен заплатил, значит, торт имел право забрать.
— А утка, выходит, чья?
— Твоя.
— Вот именно.
— Твоя, — повторил он уже суше. — Забирай, раз решила. Но от своих слов я не отказываюсь.
Ирина отодвинула от себя тарелку с рыбой.
— Я бы свою тоже попросила завернуть, — сказала она. — Просто неудобно было.
— Ира, — начал Владимир.
— Что — Ира? — спокойно перебила она. — Тут ещё половина порции лежит.
Он приоткрыл рот, потом передумал отвечать и уставился на лампу над столом. У лампы были жёлтые стеклянные плафоны, и, видимо, смотреть на них оказалось безопаснее, чем на нас.
— Вам тоже упаковать? — спросила официантка, с трудом удерживая ровное выражение лица.
— Да, пожалуйста, — кивнула Ирина. — Спасибо.
Мою утку официантка перекладывала аккуратно, ложкой, придерживая печёные яблоки пальцами в перчатке. Когда крышка щёлкнула, контейнер сразу потеплел и изнутри покрылся паром. Потом нам принесли счёт.