— Нет, — спокойно сказала Анастасия.
— В смысле «нет»? — Игорь даже не сразу понял. — Кетчуп закончился? Тогда майонез давай.
— Нет, Игорь. Ты это больше есть не будешь.
Она вытянула руки, взяла блюдо с уткой и подняла его со стола.
— Эй, ты чего удумала? — Кира резко отпрянула. — Поставь обратно, я хоть яблоко доем.
— Яблоки, между прочим, тоже жестковаты. Еще зуб сломаешь, — сухо бросила Анастасия.
Она развернулась, отнесла утку на кухню и поставила блюдо на столешницу. Потом вернулась в гостиную.
За столом стало так тихо, будто кто-то выключил звук.
Анастасия подошла к Кире и взяла салатник с тем самым крабовым слоеным салатом, который только что назвали «с кислым майонезом».
— Анастасия, ты совсем с ума сошла? — наконец подала голос Тамара Петровна.
— Забочусь о вашем пищеварении, Тамара Петровна, — ровно ответила Анастасия, даже не сбившись. — Раз суррогат, значит, вам такое нельзя.
Салатник тоже исчез на кухне.
Следующей она потянулась к тарелке с семгой.
— Стоять! — Игорь вскочил так резко, что стул скрипнул по полу. — Ты что себе позволяешь? Немедленно верни еду назад.
— Еду? — Анастасия замерла с тарелкой в руках и посмотрела на него. — Еще минуту назад это было крашеное, сухое и кислое нечто, которым невозможно давиться. Так зачем же вы будете мучиться в праздник?
— Мы вообще-то гости! — взвизгнула Кира. — Ты как себя ведешь, ненормальная?
Анастасия сделала шаг к ней. Кира тут же вжалась в спинку стула.
Анастасия наклонилась и забрала прямо у нее из-под носа персональную тарелку с недоеденным куском балыка.
— Гости обычно говорят «спасибо» и едят то, чем их угощают. Или не едят, но молча. А вы пришли сюда не в гости, а ноги об меня вытереть. Не получится.
Она потянулась к тарелке свекрови. Тамара Петровна попыталась схватить ее за руку, но Анастасия резко дернула тарелку на себя. Вилка сорвалась вниз и с металлическим звоном ударилась о пол.
— Хамка! — выкрикнула свекровь, покрываясь красными пятнами. — Да мы к тебе только из приличия и ходим! Кому нужна ты со своей готовкой?
— Вот и ходите туда, где вас вкусно кормят, — Анастасия ссыпала приборы на поднос. Потом забрала хлебницу. Следом — маслины.
Стол пустел буквально на глазах. Через минуту на нем остались только салфетки да пустые бокалы.
Игорь стоял посреди комнаты, багровый от злости.
— Анастасия. Сейчас же. Поставь. Утку. Обратно. На стол.
Она остановилась у кухонного проема и обернулась.
— И что тогда, Игорь Сергеевич? Разводом напугаешь?
— Я тебе приказываю! Это моя мать и моя сестра!
— Твоя мать и твоя сестра могут сходить в пельменную за углом. Я даже оплачу им по порции. Из тех восемнадцати тысяч гривен, которые Кира до сих пор мне должна.
Кира подскочила со стула.
— Я тебе ничего не должна! Брат сказал, что можно не возвращать!
Анастасия медленно перевела взгляд на мужа.
— Сказал? Моими деньгами распорядился?
Игорь отвел глаза в сторону.
— Настя, ну у нее правда сложный период… Я собирался потом объяснить…
В квартире опять повисла тишина. С кухни доносилось только ровное гудение холодильника.
Анастасия поставила поднос на тумбу, прошла в прихожую и распахнула шкаф. Достала шубу Тамары Петровны и бросила ее на свободный стул. Следом туда же полетел пуховик Киры.
— Сложный период? — тихо переспросила она. — Будет еще тяжелее.