— Найдёшь другого. Помоложе. Такого, чтобы не изводил тебя. В чём вообще беда?
— Замолчи, — Наталья резко подняла голову. — Ты понятия не имеешь, что у нас происходит. Не суйся туда, куда тебя не просят.
— Да как знаешь, — Валерия пожала плечами. — Только потом не плачь. Люди и так уже судачат. Шепчутся, будто ты под старость решила себе игрушку родить, а муж твой эту ношу не вытянул.
После этих слов она развернулась и быстро ушла, не обходя лужи, будто ей было всё равно, промокнут туфли или нет.
Наталья ещё долго стояла на месте. Внутри будто образовалась дыра — ледяная, глухая, безжизненная.
В квартире было почти темно. Только телевизор мерцал синим светом. Андрей сидел перед экраном и смотрел какой-то сериал. Когда она вошла, он даже головы не повернул.
— Как ты? — спросил он равнодушно.
— Нормально.
— Погуляли как?
— Тоже нормально.
Она сняла с Кирилла одежду, потом подошла к окну. Ей почудилось, будто кто-то громко крикнул. Во дворе смеялась женщина, звонко, беззаботно. Рядом шёл мужчина, придерживал её за руку и прижимал к себе.
Наталья вдруг вспомнила, как три месяца назад Андрей целовал её в макушку и шептал: «Спасибо тебе за сына, родная».
Теперь он ел прямо из коробки холодную пиццу, найденную в холодильнике, и даже не поинтересовался, успела ли она поесть.
— Ты ужинал?
— Да.
— Я сегодня ничего не приготовила. Ни утром, ни днём. Не успела…
— Я заметил, — Андрей не оторвался от экрана. — У тебя же дел много.
На следующее утро Наталья покормила Кирилла, собрала сумку и поехала к матери.
В маминой квартире пахло свежей выпечкой, старыми книгами и какой-то мягкой, привычной тишиной.
— Ну наконец-то, — сказала мать. — Я знала, что ты придёшь. Чаю налить? С малиновым вареньем?
— Налей, — Наталья без сил опустилась за стол.
Мать внимательно посмотрела на неё и стала разливать чай.
— Снова поссорились?
— Он сказал, что не представлял, насколько всё окажется тяжёлым. Что мы ошиблись. Что в нашем возрасте уже не надо было заводить ребёнка. Что он чувствует себя в ловушке.
Мать накрыла её ладонь своей — Натальины пальцы были ледяными и дрожали.
— Глупости он говорит. Мужчины часто сначала уверены, что готовы.