— Неблагодарные вы все! — сорвалась на визг Ольга Михайловна. — Наталья, ты посмотри, кого воспитала! Ни капли почтения к старшим!
Она дернула к себе сумку так резко, что та едва не свалилась со стула, выудила оттуда пустые пластиковые контейнеры и, не стесняясь гостей, начала судорожно перекладывать в них мясную нарезку.
— Раз я вам тут всем поперек горла встала, хоть Екатерине заберу! Она-то здесь вообще ни при чем!
Илья без суеты поднялся, подошел к тетке и забрал у нее лоток. Потом так же спокойно высыпал колбасу обратно на общее блюдо.
— Сегодня у мамы юбилей, — произнес он ровно. — Это не раздача продуктовых наборов. Из ресторана вы ничего не понесете.
— А ну верни, гаденыш! — взвилась Ольга. — Сначала опозорили меня перед всеми, потом без подарка оставили, теперь еще и еды пожалели? Отдай мясо! Я его для Екатерины откладывала!
За столом повисла неловкая тишина. Кто-то уткнулся в салфетку, пытаясь скрыть смешок, кто-то сделал вид, что изучает тарелку. Илья тревожно глянул на Наталью: ему показалось, что мать сейчас не выдержит и расплачется.
Но Наталья вдруг медленно сняла с шеи цепочку с кулоном, бережно положила украшение обратно в бархатный футляр и только после этого посмотрела на сестру.
— Знаешь, Ольга… я правда устала, — тихо сказала она, но в голосе не было ни слабости, ни растерянности. — Устала на каждом семейном празднике следить, сколько еды ты успела спрятать по пакетам. Устала одергивать мужа и сыновей, чтобы они молчали и терпели твои выходки, лишь бы не было скандала. Илья сказал правильно: ты решила, что если мы добрые, значит, нами можно пользоваться.
Ольга Михайловна на секунду даже рот закрыла. От Натальи, которая обычно сглаживала любой конфликт, такого она явно не ожидала.
— Ты что… против меня теперь? — выдавила она. — Я ведь твоя сестра, родная!
— А они мне не посторонние, Ольга. Это мой муж. Это мои дети. Собирайся и уходи.
— Да вы хоть горячее ребенку отдайте! — уже не так громко, но все еще с ядом потребовала тетка.
Отец молча достал телефон, заказал такси, а затем подтолкнул к Ольге пакет с теми самыми полотенцами.
— Сумку забирай. И это тоже. Все остальное остается здесь.
— Да чтобы я еще хоть раз переступила порог вашего дома! — прошипела Ольга Михайловна, хватая вещи. — Жмоты несчастные!
Дверь ресторана хлопнула так, что несколько гостей вздрогнули. Наталья еще какое-то время смотрела в сторону выхода, потом глубоко вздохнула, будто сбросила с плеч тяжелый груз.
— Мам, прости, — тихо произнес Илья, опускаясь рядом с ней. — Я не хотел испортить тебе вечер. Просто уже не смог молчать.
— Ты мне ничего не испортил, сынок, — Наталья устало улыбнулась и накрыла его ладонь своей. — Это я слишком долго делала вид, что все нормально. Надо было раньше поставить ее на место.
Через несколько дней Ольга объявилась так, словно никакой сцены и не было. Илья как раз сидел на кухне, когда у Натальи зазвонил телефон. Из динамика сразу раздался бодрый голос:
— Наташ, привет. У вас после юбилея что-нибудь из еды осталось?
Наталья прикрыла глаза, медленно выдохнула. Но на этот раз голос у нее не дрогнул.
— Ольга, даже если осталось, тебе я ничего не отдам. В гости ты сможешь прийти только тогда, когда научишься уважать хозяев, а не воспринимать наш дом как бесплатный ресторан.
В день рождения тетки Илья ограничился коротким утренним сообщением. Ни о каком золоте, конечно, больше речи не шло. Ольга Михайловна еще долго ждала, что ее снова позовут на очередное семейное застолье, но Наталья просто вычеркнула ее из списка гостей. И, похоже, надолго.