— Разумеется, не стала бы, — кивнул Максим. — Давай только вручим по отдельности, в разных футлярах. Так красивее получится.
Отец заранее заказал столик в приличном ресторане. Мама, едва узнав, тут же всполошилась: мол, зачем устраивать такие расходы. Но отец только улыбнулся и сказал, что никаких лишних людей не будет, соберется одна семья.
Ольга Михайловна явилась почти первой. Сестре она сунула привычный пакет с кухонными полотенцами, даже не задержавшись на поздравлениях, и сразу принялась оценивающе оглядывать накрытый стол.
— Ничего, местечко симпатичное, — протянула она, усаживаясь. — Главное, чтобы порции были нормальные, а не эти ресторанные крошки. Екатерина сегодня на смене, я ей потом что-нибудь с собой прихвачу.
Илья стиснул челюсти, но промолчал. Начинать праздник с ссоры из-за теткиных привычек ему совсем не хотелось, особенно когда мама так радовалась вечеру.
Ольга Михайловна устроилась возле именинницы, однако разговоры ее интересовали куда меньше, чем блюда. Она постоянно тянулась через стол, просила передать то нарезку, то салат, то закуску, стоявшую подальше. А когда первые тарелки заметно опустели, громко окликнула проходившего мимо официанта и поинтересовалась, принесут ли еще.
— Ольга, ну куда ты спешишь? — негромко попросила мама, наклонившись к сестре. — Горячее еще даже не подавали. И торт будет.
— Да кто спешит? — невозмутимо отозвалась та. — Просто надо же попробовать, раз уж Андрей раскошелился на такой недешевый ресторан.
Посреди ужина она и вовсе ухватила официанта за рукав.
— Молодой человек, скажите, сколько еще осталось горячего? И хлеба добавьте. А салаты потом сможете упаковать? Вот это мясо, — она указала пальцем на только что поставленное блюдо, — сразу отнесите в контейнер. И смотрите, чтобы никто не утащил.
Официант замялся и растерянно посмотрел на отца. Андрей уже собирался что-то сказать, но мама осторожно коснулась его руки.
— Упакуйте, пожалуйста, — устало попросила она. — Это для племянницы.
Илья опять заставил себя промолчать. Мама сияла, принимала поздравления, обнимала родных, и устраивать разборки из-за одной порции мяса он не хотел. Ольга Михайловна же восприняла уступку как само собой разумеющееся и стала еще внимательнее высматривать, что бы потом забрать.
Когда ужин подходил к концу, Максим выразительно подмигнул брату и достал две аккуратные коробочки. Илья поднялся первым и протянул маме футляр.
— Мам, ты у нас самая лучшая. Мы тебя очень любим и благодарны тебе за все. Нам хотелось, чтобы сегодняшний день ты запомнила надолго.
Мама открыла коробочку — и на несколько секунд просто застыла. Потом осторожно провела пальцем по камню, подняла на сына влажные глаза и прошептала:
— Ильюшенька… зачем же? Это ведь наверняка стоит целое состояние.
— Ты этого заслуживаешь, — мягко сказал он. — Примерь.
Пока мама дрожащими руками надевала серьги, Максим вручил ей второй футляр. Увидев кулон из того же комплекта, она окончательно растрогалась, обняла сыновей и тут же начала по привычке причитать, что они слишком сильно потратились.
— А ну покажи-ка, — бесцеремонно вмешалась Ольга Михайловна и почти выдернула футляры из маминых рук. Она долго разглядывала клеймо, ногтем проверяла застежку, крутила украшения под светом. — Небось, кучу денег отдали? Камни-то настоящие или так, стекляшки?
— Это золото, на бирке все указано, — сухо ответил Илья. — И главное, что маме понравилось.
Тетка перевела взгляд с украшений на сестру, затем усмехнулась и повернулась к племяннику:
— Значит так, Илья. У меня через три месяца юбилей. Жду от вас такой же набор. Только камни пусть будут зеленые, лучше изумруды. Они мне к глазам подойдут.
За столом мгновенно стало тихо. Илья сначала решил, что это какая-то нелепая шутка, но по лицу Ольги Михайловны быстро понял: она говорит совершенно серьезно.