Тетяна вспыхнула и попыталась возразить, но Оксана уже твёрдым движением вынула фарфор из её рук и поставила обратно в шкаф.
— В этом доме решаю я, — произнесла она спокойно, но так, что спорить не хотелось.
— В вашем с Олегом доме, — язвительно уточнила Тетяна, скривив губы. — Вы же супруги. Значит, и дача общая. А Олег мой брат, между прочим. И он имеет полное право…
— Никакого права он не имеет, — отрезала Оксана, выделяя каждое слово. — Этот дом принадлежит мне. Родители оформили дарственную задолго до нашей свадьбы. По закону это не совместная собственность. Олег не может здесь распоряжаться, приглашать кого бы то ни было с ночёвкой или устраивать сборище без моего разрешения. А я его не давала.
Тетяна на мгновение растерялась. Юридические формулировки явно были ей чужды, но уверенность Оксаны подействовала сильнее самих слов. Однако сдаваться она не собиралась.
— Подумаешь, бумажки какие-то! — фыркнула она, уперев ладони в бёдра. — Приехали к брату передохнуть, а нас считают чуть ли не нахлебниками. Ларисе, между прочим, нужен свежий воздух — давление скачет. А ты тут скандал из ничего раздуваешь!
— Свежий воздух можно найти и в городском парке. Или на собственной даче, — сухо ответила Оксана.
В этот момент на кухне появился Олег. Увидев напряжённые лица жены и сестры, он неловко улыбнулся и по привычке потер затылок.
— Ну что вы опять? Всё же готово, мясо сняли с мангала. Пойдёмте за стол. Оксаночка, неудобно как-то перед Ларисой…
Оксана посмотрела на мужа внимательно и долго. В его взгляде читалась привычная просьба — сгладить, уступить, не доводить до конфликта. Он всегда предпочитал мир любой ценой, даже если эта цена — её нервы и её границы. В городской квартире она терпела визиты без предупреждения, готовила на десяток человек, убирала после шумных застолий. Но этот дом был её убежищем. И уступать здесь она не намеревалась.
— Олег, выйди со мной, — тихо сказала она.
Они спустились на крыльцо. Во дворе Тарас уже громко зазывал всех к столу, дети носились по газону и скрипели садовыми стульями.
— У вас есть ровно час, — произнесла Оксана негромко, но твёрдо. — За это время вы собираете вещи, убираете за собой мусор, приводите в порядок ванную и уезжаете.
Олег побледнел.
— Ты это серьёзно? Сейчас выгнать? Да они мне потом этого не простят! Тетяна всем родственникам расскажет, что ты нас выставила!
— Мне безразлично, что она будет рассказывать, — спокойно ответила Оксана. — Она приехала без приглашения, испортила мои цветы, раскидала вещи и ещё позволяет себе хамить. А ты всё пытаешься быть удобным братом. Через час здесь никого не должно быть. Иначе я уеду сама. В понедельник подам на развод. И тогда тебе придётся объяснять, почему ты остался не только без дачи, но и без жены.
Не дожидаясь ответа, она развернулась и вошла в дом, оставив Олега стоять на крыльце с растерянным выражением лица.
Проходя мимо веранды, Оксана услышала голос Тетяны:
— Видела? Корону надела! За тарелку трясётся. Олег у неё как шёлковый, слова поперёк сказать не может. Ничего, посидим, выпьем — смягчится. Куда она денется?
Оксана даже не замедлила шаг. Она поднялась на второй этаж, в маленькую мансарду, где хранились её книги и старое кресло у окна. Села, раскрыла томик Чехова и погрузилась в текст. Ни накрывать на стол, ни поддерживать показное веселье она не собиралась. Её выбор был сделан, и теперь оставалось только ждать, кто именно этот час использует с умом.
