Он то и дело прикладывался к сигарете, довольно щурился и поглядывал на наручные часы, будто мысленно уже пересчитывал прибыль.
Ирина расплатилась с водителем и вышла из такси. Каждое движение отдавалось тупой болью в пояснице, но она заставила себя выпрямиться и идти спокойно, без суеты и слабости.
— Доброе утро, Борис, — произнесла она ровно, остановившись перед хозяином мастерской. — Мне необходимо срочно обсудить с вами сделку, которую вы собирались оформить с моим мужем.
Борис растерянно моргнул. Улыбка на его лице появилась не сразу и вышла натянутой. Он поспешно прижал окурок к краю старой металлической бочки и спрятал сигарету.
— Здравствуйте… А Андрей где? — спросил он, явно сбитый с толку. — Мы же с ним на десять договаривались. Бумаги готовы, машина тоже.
— Андрей сейчас на работе, — без малейшего волнения ответила Ирина. — А я приехала из-за суммы, которую он вчера передал вам как задаток.
Она достала из сумки распечатанную банковскую выписку, развернула лист и поднесла так, чтобы Борис видел печать и строки движения средств.
— Сто тридцать шесть тысяч гривен были списаны с моего личного счёта без моего разрешения и без моего ведома. Эти деньги предназначались не для покупки автомобиля. Это целевые средства на срочное лечение.
Вежливость мгновенно исчезла с лица Бориса. Он нахмурился, бросил быстрый взгляд на выписку и инстинктивно отступил ближе к кроссоверу.
— Послушайте, — заговорил он уже совсем другим тоном, — я в ваши семейные истории вмешиваться не собираюсь. Андрей пришёл сам, наличные принёс сам, сказал, что вы всё обсудили и решили брать машину. У меня на неё другой покупатель был, я двум людям отказал. Если клиент передумал, задаток не возвращается. Так положено.
— Раз вы заговорили о правилах, давайте говорить точно, — голос Ирины оставался сухим, собранным и почти служебным, словно она читала заключение проверки. — Деньги были сняты с моего банковского счёта через несанкционированный доступ к личному кабинету. Это уже не семейный спор, а хищение средств с банковского счёта. Если в течение часа вся сумма полностью не вернётся мне, я отсюда поеду прямо в районное отделение полиции и подам заявление. В заявлении будет подробно указано, куда ушли деньги и кому они были переданы.
У Бориса дёрнулась щека. Он сунул руки в карманы своей засаленной рабочей куртки и попытался изобразить возмущение, но выглядел скорее испуганным.
— А я здесь при чём? — резко бросил он. — Пусть ваш муж с вами и объясняется. Деньги мне он отдавал, не вы.
— Вы при том, что приняли крупную сумму наличными без предварительного договора купли-продажи, без расписки установленного образца и без каких-либо кассовых документов, — Ирина смотрела на него прямо, не позволяя себе ни дрогнуть, ни отвести глаза. — Автомобиль могут изъять как вещественное доказательство до завершения проверки. Любые регистрационные действия через сервисный центр МВД будут заблокированы. А вашей мастерской после этого наверняка придётся объяснять налоговой, откуда берутся такие наличные расчёты и почему они нигде не отражены. Вы действительно хотите получить всё это из-за чужой наглости?
На площадке повисла тяжёлая пауза. Где-то за забором протарахтел грузовик, потом ещё один, но между ними тишина казалась особенно плотной. Борис шумно втянул воздух, перевёл взгляд с банковской выписки с синей печатью на блестящий бок вишнёвого кроссовера и мрачно сжал губы.
Перспектива походов на допросы, объяснений перед полицией, внимания налоговой и сплетен по всему гаражному кооперативу ему явно не нравилась. Машина, ещё минуту назад казавшаяся выгодной сделкой, внезапно превратилась в источник больших неприятностей.
— Да чтоб вас всех с вашими семейными спектаклями, — процедил он наконец сквозь зубы.
Борис вытащил из внутреннего кармана толстый кожаный бумажник, раскрыл его резким движением и достал туго стянутые пачки купюр.
— Забирайте свой задаток, — буркнул он, протягивая деньги Ирине. — И передайте вашему Андрею, чтобы он ко мне больше даже близко не подходил со своими великими планами. Только время из-за вас потерял.