— А я твоего мнения тоже не уточняла, — растерянно ответила Валентина Павловна.
— Мам, ну вот, ты снова начинаешь, — устало сказал Денис.
Тогда она извинилась. Не потому, что действительно ощущала за собой какую-то вину, а потому, что сама причина казалась ей такой незначительной, что спорить из-за неё было попросту глупо. Проще было уступить, закрыть разговор и не портить отношения.
Спустя какое-то время возникла новая история. После дня рождения Дениса Валентина Павловна выложила общий снимок: все сидели за столом, кто-то улыбался, кто-то смотрел в сторону, обычная семейная фотография. Оксана на этом кадре стояла ближе к краю и, как ей показалось, вышла неудачно.
— Валентина Павловна, уберите, пожалуйста, эту фотографию, — написала она.
— Конечно, — сразу ответила Валентина.
Снимок исчез со страницы буквально через пару минут. Но вечером Денис всё равно позвонил и сообщил, что Оксану обидел уже сам факт публикации без предварительного согласия. Именно тогда Валентина Павловна впервые поймала себя на мысли: какие-то правила появляются только тогда, когда она уже успела их случайно нарушить.
Но самым тяжёлым оказался случай прошлым летом. Валентина с Виталием собирались поехать в Одессу и предложили Денису с Оксаной присоединиться к ним.
— Пока непонятно, дадут ли Оксане отпуск, — сказал сын.
— Если она не сможет, ты хотя бы на пару дней приезжай, — ответила Валентина. — Мы ведь с тобой уже сто лет никуда вместе не выбирались.
Этих слов оказалось достаточно, чтобы началась новая обида.
Оксана услышала в этой фразе не приглашение сына к морю, а попытку «увезти Дениса без жены». В итоге поездка сорвалась у всех, а Валентина Павловна потом ещё несколько дней объясняла, что не планировала разрушать их семью обычным отдыхом на побережье.
После юбилея ей впервые совсем не захотелось оправдываться.
Поздно вечером позвонила Галина.
— Ну что, пришли в себя после праздника? — спросила она.
— Не до конца, — сухо ответила Валентина. — У нас, оказывается, снова неприятность.
— Что ещё случилось?
— Оксана обиделась из-за того, куда её посадили за столом.
На другом конце провода повисла пауза. А потом Галина вдруг тихо рассмеялась.
— Галя, я не шучу.
— А я и не думаю, что ты шутишь. Просто я вчера видела её лицо, когда она только вошла в зал.
Валентина насторожилась.
— В каком смысле видела?
— Она подошла к официанту и спросила, где её место. Тот показал. Оксана посмотрела на карточку, повернулась к Денису и сказала: «Ну понятно».
— Почему ты мне сразу не сказала?
— А что я должна была делать? Подбежать к тебе среди гостей? У тебя двадцать три человека, бабушке девяносто лет, официанты мечутся туда-сюда. Я решила, что взрослые люди сами как-нибудь разберутся.
Галина ненадолго замолчала, затем добавила уже серьёзнее:
— И это не единственное. Она ещё спрашивала у меня, кто занимался рассадкой.
Валентина медленно опустилась на стул.
— И что ты ей сказала?
— Правду. Что ты.
После этих слов ситуация заиграла другими красками. Получалось, Оксана не просто к концу вечера почувствовала себя лишней. Она, похоже, ещё до начала торжества решила, что её намеренно поставили ниже остальных.
— Может, ей и правда показалось, будто я сделала это нарочно? — неуверенно произнесла Валентина.
— Валя, человеку не может постоянно «казаться» только в одну и ту же сторону, — ответила Галина. — Обрати внимание хотя бы на это.
— Я не хочу видеть манипуляцию в каждом её слове.
— Тогда не называй это манипуляцией. Просто перестань просить прощения за то, чего ты не совершала.
На следующий день случилось то, чего Валентина Павловна никак не ожидала: Оксана написала ей сама.
«Валентина Павловна, мне кажется, нам нужно поговорить. Я не хочу, чтобы между нами оставалось это напряжение».
Валентина перечитала сообщение несколько раз. Потом ответила, что готова встретиться вечером. Оксана предложила поговорить у неё дома.
Когда Валентина приехала, Денис тоже был в квартире.
Это сразу ей не понравилось.
— Я думала, разговор будет между нами двумя, — сказала она, снимая пальто.
— Я попросила Дениса остаться, — спокойно произнесла Оксана. — Потому что это касается не только нас с вами, а всей семьи.
Валентина прошла в гостиную. На журнальном столике стоял чай, рядом лежали салфетки, но к чашкам никто так и не притронулся.
Оксана начала ровным голосом:
— Я не хочу устраивать скандал. Но на юбилее мне правда было очень неприятно.
— Это я уже поняла.
— Тогда вы, наверное, понимаете, почему именно.
— Нет, — Валентина посмотрела на неё прямо. — Вот этого я как раз не понимаю.
Оксана перевела взгляд на Дениса.
— Видишь?
Валентина уловила этот жест. Это был не немой призыв о помощи, а скорее приглашение подтвердить заранее подготовленный вывод.
— Оксана, давайте без посредников, — сказала она. — Сейчас вы разговариваете со мной.
— Хорошо. Я уже четыре года в вашей семье. Я жена вашего сына. А меня сажают почти на край стола, пока другие родственники оказываются ближе.
— Какие именно родственники?
— Галина, например.
Валентина даже не сразу нашлась с ответом.
— Галина — дочь именинницы.
— Я знаю.
— Тогда почему вы ставите её со мной в один ряд?
Оксана сжала губы.
— Потому что дело не только в этом конкретном месте. Дело в том, что мне постоянно дают понять: я здесь не до конца своя.
— Назовите конкретный пример.
— Пожалуйста. Новый год. Вы даже не спросили, что я хотела бы видеть на столе.
— Ещё.
— Фотография.
— Та самая, которую я сразу удалила?
— После того как я попросила.
— Оксана, обычно всё происходит именно так.