— Я сказала: молчать, — отрезала она, глядя Оксане прямо в лицо. — Ты уже в который раз суёшься в разговор, куда тебя никто не звал. Довольно.
— Не смей мной командовать!
— Смею. Закрой рот и посиди тихо. Это не твоё наследство и уж точно не тебе здесь решать.
Лариса, до этого сидевшая с каменным лицом, громко втянула воздух, будто её лично ударили.
— Дмитрий, ты слышишь, как она обращается с твоей женой? Это уже за гранью приличия.
— Слышу, — Дмитрий провёл ладонью по затылку. — Марина, потише.
— Я стану говорить тише, когда ты наконец вспомнишь, что ты брат, — Марина с трудом сдержала резкие слова. — А не человек, которому важен только собственный интерес.
— Я думаю о семье!
— О какой именно? О своей новой? А я, значит, больше не родня?
Дмитрий ничего не ответил. Оксана, заметив его молчание, самодовольно усмехнулась. И зря.
— Вот и всё, — протянула она с победным видом. — Дмитрий принял нормальное решение. Квартира нам нужнее. А ты как-нибудь справишься.
Марина медленно повернула голову в её сторону.
— Ты всё ещё здесь?
— Разумеется, здесь! Это будет наша квартира!
— Замолчи.
— Что?!
— Я сказала: замолчи. Одно короткое слово. Постарайся запомнить. Если сложно — запиши, чтобы не забыть.
Лариса резко поднялась с дивана. Лицо у неё перекосило от ярости.
— Как ты смеешь так разговаривать с моей дочерью?! Дмитрий, ну скажи ей хоть что-нибудь!
— А вас я вообще не спрашивала, — Марина даже не удостоила её поворотом головы. — Сядьте и помолчите. Это наследство моего отца, а не ваше.
— Я мать его жены!
— И что дальше? Это даёт вам право вмешиваться и раздавать нелепые советы? Закройте рот. Прямо сейчас.
— Дмитрий!
— Дмитрий прекрасно всё слышит, — Марина наконец посмотрела на тёщу брата. — И Дмитрий отлично понимает, что вы вцепились в чужое, как пиявки. Только молчит, потому что ему удобно прятаться за вами.
Лариса задохнулась от возмущения.
— Да как ты смеешь…
— Садитесь. Или уходите. Других вариантов нет.
Лариса тяжело опустилась обратно на диван, но пальцы у неё заметно дрожали. Оксана подсела ближе к матери, и обе уставились на Марину одинаковыми взглядами — обиженными, злыми, полными ненависти.
— Марина, — Дмитрий уже повысил голос. — Прекрати. Ты оскорбляешь мою семью.
— Твою семью? А меня кто сейчас унижает? Ты предлагаешь мне ржавый хлам и старую мебель вместо законной равной доли. По-твоему, это не унижение?
— Это справедливо.
— Нет, Дмитрий. Это кража. Просто ты пытаешься назвать её красивым словом.
— Ты… — он запнулся, подбирая оправдание. — Ты не понимаешь. У меня обстоятельства. Мне действительно нужна эта квартира.
— Обстоятельства? Какие ещё обстоятельства?
Дмитрий замялся. Оксана быстро наклонилась к нему и что-то прошептала на ухо. Он коротко кивнул, словно ухватился за последнюю возможность.
— Оксана беременна.
Марина застыла. Потом очень медленно перевела взгляд на Оксану.
— Беременна? И когда же успела?
— Да, — Оксана гордо вскинула подбородок. — Поэтому квартира нужна нам. Для ребёнка.