Достала лист самого дешевого ватмана, который валялся там со времен студенчества. Желтоватый, тонкий…
Нашла толстый черный перманентный маркер, который уже начал подсыхать и противно скрипел. «Шик и блеск, говоришь? Эксклюзив?» Она отправила сестре сообщение: «Всё будет готово. Я тебя услышала. Это будет эксклюзивный стиль, отражающий твою щедрость и мое отношение к заказу. Распечатка не нужна, я сделаю оригинал ручной работы». «Во! Другой разговор!» — мгновенно пришёл ответ со смайликами.
Суббота. Ресторан сиял огнями. Гости, одетые кто во что горазд, жевали салаты и кричали тосты. Ирина была в ударе. На ней было то самое платье с рюшами, которое трещало по швам, но она чувствовала себя императрицей. Vitaliy, похожий на уставшего мопса, покорно кивал рядом. – А сейчас! – Ирина постучала вилкой по бокалу, требуя тишины. – Сюрприз! Моя любимая сестренка Тамара, талантливый художник, приготовила нам потрясающий подарок. Семейный портрет! Ручная работа!
Тамара вышла в центр зала. Она выглядела безупречно — спокойная, собранная. Рядом с ней стоял огромный мольберт, накрытый тяжелым бархатным покрывалом (покрывало Тамара одолжила у подруги, для антуража). – Дорогие Ирина и Vitaliy, – ровным голосом без дрожи произнесла Тамара. – Ирина просила создать работу, которая бы полностью отражала наше родство и финансовые договоренности. Я вложила в этот холст всю душу.
Ирина сияла, как начищенный самовар. Она уже видела себя юной девой, а мужа — голливудским мачо.
