— Ну вот, дождались! — всплеснула руками соседка. — Я уж решила, что вы там совсем обосновались.
— Здравствуйте, Лариса Юрьевна, — устало сказала Наталья. — Спасибо вам большое за цветы.
— Ой, цветы… — та тяжело выдохнула, словно весь месяц не поливала горшки, а несла на плечах ответственность за весь подъезд. — Я, можно сказать, вашу квартиру уберегла.
Наталья уже доставала из сумки ключи.
— Что-то произошло?
— Ничего и не произошло именно потому, что я присматривала, — с важностью ответила Лариса Юрьевна. — Вы уехали, жильё пустое. Сейчас сами знаете, всякое бывает. Я заходила, проверяла, иногда свет включала, чтобы со стороны было видно: дома кто-то есть.
Наталья медленно обернулась к ней.
— Вы включали свет?
— Ну а что такого? Вечером, не каждый день. Просто для видимости.
— Я просила вас только поливать цветы.
Лариса Юрьевна сразу обиделась, губы её сжались в тонкую линию.
— Вот всегда так. Стараешься для человека, а потом ещё и виноватой оказываешься.
Наталье совсем не хотелось начинать спор прямо у лифта. Сил после дороги почти не осталось.
— Я правда вам благодарна. Верните, пожалуйста, ключи.
Но соседка не спешила доставать конверт. Сначала она принялась подробно объяснять, как непросто было «держать ситуацию под контролем», как она каждый раз прислушивалась, не шумит ли где-нибудь вода, как проверяла входную дверь и как однажды возле подъезда заметила «очень подозрительного мужчину».
— Какого ещё мужчину? — насторожилась Наталья.
— Потом выяснилось, что это почтальон. Но я-то откуда могла знать?
Наталья протянула ладонь.
— Ключи, Лариса Юрьевна.
Та наконец вынула из кармана конверт и отдала, но тут же добавила:
— Могли бы, конечно, хоть конфетки какие принести. Не мне, я не об этом. Просто как знак внимания.
— Принесу, — машинально пообещала Наталья.
Войдя в квартиру, она первым делом прошла к подоконникам.
Цветы и правда выглядели живыми. Даже декабрист, который до её отъезда казался унылым и вялым, теперь стоял бодрее обычного.
А потом Наталья начала замечать мелочи.
Коврик в прихожей был сдвинут не так, как она оставляла. На кухне чашка оказалась на другой полке. На журнальном столике лежал журнал, хотя Наталья точно помнила, что убирала его в стопку возле кресла. Дверца шкафа в комнате была прикрыта, но не плотно. На балконе коробка с зимней обувью стояла чуть в стороне.
Ничего пропавшего. Никакого беспорядка. Никаких прямых доказательств.
И всё же ощущение было неприятным: будто за время её отсутствия в квартире не просто поливали растения, а рассматривали каждый угол чужими глазами.
Наталья набрала сына.
— Кирилл, я дома.
— Ну как там цветы? — спросил он.
— Живые.
— Отлично.
— Только Лариса Юрьевна, похоже, присматривала за квартирой слишком усердно.
— Это как?
Наталья пересказала ему про включённый свет, проветривание, замечания о коврике и балконе.
Кирилл несколько секунд молчал.
— Мам, поменяй замки.
— Перестань. Она же ключи вернула.
— А ты уверена, что она не сделала копию?
Наталья уже хотела сказать, чтобы он не накручивал себя. Но слова застряли.
Потому что эта мысль пришла ей в голову самой.
На следующий день она всё-таки купила коробку конфет и занесла Ларисе Юрьевне.
Не самую дорогую, но приличную.
— Это вам. Спасибо за помощь.
Соседка приняла коробку, повертела её в руках и произнесла:
— Ой, ну зачем же… Хотя, если честно, целый месяц туда-сюда ходить — это тоже работа.
— Я понимаю.
— Не всякий бы согласился. Я ведь, по сути, вашу квартиру под охрану взяла.
Наталья выдавила вежливую улыбку.
— Я просила только цветы поливать.
— Наталья, ну что вы как ребёнок, — назидательно сказала Лариса Юрьевна. — Цветы цветами, а пустая квартира — совсем другое дело. Я же вижу: мебель у вас хорошая, техника приличная, балкон отличный. За таким надо глаз да глаз.
— Вы рассматривали квартиру? — тихо спросила Наталья.
— Не рассматривала, а проверяла, всё ли нормально.
— И шкафы тоже проверяли?
— Господи, да при чём тут шкафы! — Лариса Юрьевна всплеснула руками. — Вы опять всё не так поняли.
Наталья не стала продолжать разговор. Ещё раз сухо поблагодарила и вернулась к себе.
Но после этой беседы мысль о замене замков перестала казаться лишней предосторожностью.
Окончательно решение созрело вечером, когда ей позвонила соседка с первого этажа — Валентина Павловна.
С ней Наталья почти не общалась. Они здоровались при встрече, иногда перекидывались парой слов про отключение воды или уборку подъезда. Поэтому сам звонок уже показался странным.
— Наталья, вы уже вернулись? — спросила Валентина Павловна.
— Да, вчера приехала.
— Тогда я вам кое-что скажу. Может, и зря вмешиваюсь, но молчать не могу.
— Что случилось?
Валентина Павловна заговорила тише:
— Пока вас не было, Лариса Юрьевна заходила к вам не одна.
Наталья опустилась на стул.
— Как это — не одна?
— Видела два раза. Один раз с какой-то женщиной. А потом с мужчиной и молодой парой. Я ещё подумала: может, ваши родственники. Но потом всё это показалось мне очень странным.
— Когда это было?
— Примерно недели две назад. В субботу, днём. Я мусор выносила, они как раз из лифта вышли. Лариса Юрьевна открыла вашу дверь вашим ключом и сказала им: «Проходите, посмотрите, планировка удачная».
У Натальи мгновенно пересохло во рту.
— Что она сказала?
— Про планировку. Я хорошо расслышала.
— Вы уверены, что они заходили именно ко мне?
— А куда же ещё? Ваша дверь напротив. Я потом специально посмотрела: вышли они именно из вашей квартиры. И мужчина ещё начал что-то говорить, но я уже не стала стоять у двери и слушать дальше.