к жене: там, мол, просторно, дом современный, всем будет удобно. Дальше Андрей спокойно объяснял, что вырученные деньги собирается вложить в какой-то новый бизнес. А про меня писал почти небрежно: «Жена? Она ничего не поймёт. Скажем, что всё ушло на ремонт её квартиры».
У меня будто земля ушла из-под ног. Они не просто временно поселились у меня. Они собирались лишить Тамару Ивановну возможности вернуться назад, закрепить её в моей квартире навсегда, а деньги от продажи её жилья Андрей намеревался забрать себе. Мой дом в их планах уже перестал быть моим. Он превращался в удобную базу для всей семьи, где мне предназначалась роль обслуживающего персонала.
До самого утра я не сомкнула глаз. Лежала, смотрела в потолок и по крупицам собирала в голове план. К рассвету я поняла главное: если они решили играть грязно, то и я больше не обязана изображать покорную и удобную жену.
В восемь утра Тамара Ивановна уже хозяйничала на кухне так, будто прожила здесь лет двадцать. Грохотали кастрюли, шуршали пакеты, пахло разваренной кашей и чужими привычками.
— Мариночка, ты чего такая белая? — сладким голосом протянула она, едва я появилась в дверях. — Садись, поешь. Совсем исхудала. Андрею-то наследники нужны здоровенькие.
— Не могу, Тамара Ивановна. Срочно нужно в офис, — ответила я и выдавила из себя самую спокойную улыбку, на какую была способна.
Но в офис я не поехала. Я отправилась к юристу. Через час у меня уже был понятный порядок действий. Квартира куплена мной до брака, значит, Андрей не имеет на неё никаких прав. Его мать тем более не могла находиться здесь без моего согласия и без регистрации.
Домой я вернулась к обеду. Андрей был на работе. Тамара Ивановна успела разложить стопку своих потрёпанных журналов прямо на моём рабочем столе в кабинете.
Я вошла туда, даже обувь снимать не стала.
— Тамара Ивановна, у меня для вас важная новость, — сказала я ровно. — Я решила продать квартиру. Немедленно.
Журнал выскользнул у неё из рук.
— Что значит продать? — она моргнула. — А мы куда денемся?
— Это уже вопрос к вашему сыну. Покупатели будут через два часа. Поэтому советую начать собирать коробки, вещи и вашу герань.
Она тут же схватилась за телефон. Минут через пятнадцать Андрей ворвался в квартиру, багровый от злости.
— Марина, ты что тут устроила?! Какая ещё продажа? Ты мать до сердечного приступа доведёшь!
Я посмотрела на него спокойно, почти с интересом.
— Андрей, я видела объявление о продаже маминой хрущёвки. И твою переписку с риелтором тоже.
Он резко замолчал. Краска сошла с лица так быстро, будто её смыли водой.
— Ты… ты копалась в моём телефоне?
— Нет. Ты сам оставил его на столе, когда пошёл смывать в унитаз своё предательство. Поэтому слушай внимательно. Код на входной двери я уже изменила через приложение. Как только вы переступите порог, обратно зайти не сможете.
После этого начался такой скандал, какого эти стены ещё не слышали. Тамара Ивановна визжала, что я бессердечная тварь. Андрей сыпал угрозами: суд, развод, раздел имущества, какие-то «серьёзные последствия».
— Делить хочешь? Дели, — усмехнулась я. — Могу отдать половину коврика у двери. Квартира куплена до брака. Все чеки на мебель и технику оформлены на меня. А твои вещи, кстати, уже собраны. Чемоданы стоят в прихожей.
В этот момент раздался звонок в дверь. На площадке стояли двое крепких мужчин из охранной службы. Я вызвала их заранее.
— Эти люди не зарегистрированы в моей квартире и находятся здесь без моего согласия, — сказала я охранникам. — Помогите, пожалуйста, вынести их вещи.
Жаль, вы не видели лицо Тамары Ивановны, когда один из мужчин аккуратно взял её любимый кактус и поставил его на лестничную площадку. Андрей попытался было возмущаться и преграждать дорогу, но два внушительных охранника оказались убедительнее любых его криков.
Когда дверь за ними наконец закрылась, я первым делом ввела новый код. Тот, который знала только я. Никаких дат рождения свекрови, никаких семейных комбинаций. Только мой личный пароль.
Потом я прошла на кухню. Кастрюлю с жирным супом без сожаления отправила в мусор. Герань выставила в подъезд: возможно, кому-то из соседей она действительно пригодится.
Вечером я сидела в тишине, пила кофе из своей любимой дизайнерской чашки, которую пришлось доставать из самого дальнего угла шкафа, и смотрела на пустой чистый подоконник. Скоро на нём снова будут стоять мои орхидеи.
Телефон мигал десятками сообщений от Андрея. Сначала шли проклятия, потом просьбы простить, затем обещания всё исправить. Под конец он жаловался, что им с матерью теперь негде жить, потому что в её квартире уже начали «косметический ремонт» перед продажей.
Я не ответила ни на одно сообщение. Просто заблокировала оба номера.
В ту ночь я впервые за долгое время уснула спокойно. Мой остров снова стал моим. Доступ был возвращён владельцу, а все вирусы — окончательно удалены.
