Я уже открыла рот, чтобы сказать, что со Светланой мы встречались раньше, но в последний момент почему-то произнесла совсем другое:
— Очень приятно.
Виктор Сергеевич довольно улыбнулся и тут же добавил:
— А это моя Мариночка, Света. Для тебя — Марина Игоревна. Мы теперь будем жить вместе. И, возможно, в скором времени поженимся.
Светлана мгновенно уловила тон и тоже сделала вид, будто видит меня впервые. Именно тогда до меня дошло: Виктор Сергеевич даже не подозревает, что Светлана и Алина знакомы между собой.
Через несколько дней Светлана дождалась меня возле подъезда. Я как раз вышла одна — редкий случай — и собиралась дойти до магазина.
— Марина Игоревна, здравствуйте, — произнесла она, будто случайно оказалась рядом.
— Здравствуй, Светлана.
Она пристроилась рядом и пошла со мной в одну сторону.
— За продуктами? — спросила она.
— Да, — ответила я, кивнув.
Светлана усмехнулась:
— С заранее выданной суммой и подробным списком, где расписано, сколько чего брать, чуть ли не до грамма? А если купите лишнее — дома будет разбор полётов?
Я невольно посмотрела на неё.
— Список есть. Деньги тоже выданы наличными. Но насчёт скандалов… пока к моим покупкам претензий не было.
— Пока, — спокойно сказала Светлана. — Я ведь его дочь. Я прекрасно знаю, как у него всё устроено. Вы далеко не первая женщина, появившаяся у него после развода с моей матерью.
Я остановилась так резко, что она сделала ещё пару шагов и обернулась.
— Что значит “как устроено”, Света?
Она пожала плечами, будто говорила о чём-то давно понятном и привычном.
— Сначала он играет идеального мужчину. Заботливый, внимательный, весь такой правильный. Потом женщина переезжает к нему. Дальше начинается контроль: куда пошла, что купила, с кем говорила, сколько потратила. Потом он везёт её на дачу — благо она недалеко. И начинается: с дачи на работу, после работы снова на дачу, там вкалывать без конца. А потом он находит какой-нибудь повод, устраивает ссору и расстаётся. Просто он такой человек. Он пользуется всеми, кто оказывается рядом.
Светлана замолчала, а потом уже тише добавила:
— Вам надо уходить от него, Марина Игоревна. Правда. Он вам не нужен.
Я горько усмехнулась.
— Уходить мне некуда, Света. Совсем некуда. Свою квартиру я сдала. Точнее… он сдал, — последние слова я произнесла почти шёпотом.
— Понятно, — Светлана потёрла переносицу. — И деньги, конечно, получает он?
Я молча кивнула.
— Вот видите? — в её голосе появилась тревога. — Он вас уже со всех сторон обложил. Снимите наконец эти розовые очки. Придумайте, где можно пожить, пока вы не выселите жильцов из своей квартиры. Он вас не любит. Он вообще никого не любит. Я это знаю.
Я не сразу нашлась с ответом. Потом спросила совсем о другом — не потому, что хотела уйти от разговора, а потому что со мной всё уже было более-менее ясно. А вот с ней и Алиной — нет.
— Ты знала, что Алина тоже его дочь?
— Знала, — Светлана кивнула. — Мне мама рассказала. Только сама Алина ни о чём не догадывалась.
Она помолчала, словно решая, стоит ли продолжать.
— Я, можно сказать, нарочно с ней познакомилась. Потом подружилась. Я не понимала — и до сих пор не понимаю, зачем отец вдруг начал с ней общаться. Хотела держать руку на пульсе.
— Ясно, — тихо сказала я.
Светлана посмотрела на меня почти умоляюще:
— Марина Игоревна, вы правда уйдёте от него?
— Посмотрим, — ответила я уклончиво, хотя внутри уже всё дрогнуло.
Прошло полгода.
Я снова живу в своей квартире и постепенно возвращаюсь к привычному, спокойному ритму. Конечно, получилось это не сразу. Тогда у меня не было ни денег, ни душевных сил, чтобы срочно искать временное жильё. Но мне повезло: я встретила брата Алины, и он позволил мне какое-то время пожить в её квартире.
О любви я теперь не мечтаю так, как прежде. Возможно, однажды рядом появится человек, с которым мне захочется идти дальше. Но уже не на его условиях, не в чужих правилах и не ценой самой себя. Только по взаимному желанию и с уважением друг к другу.
А пока я заново учусь быть в мире с собой. Иногда мне бывает одиноко. Но это уже совсем другое одиночество. Не то, от которого хочется бежать к первому, кто протянет руку, а то, которое можно постепенно наполнить жизнью, тишиной, заботой о себе.
Я не знаю, где сейчас Алина. Но каждый день мысленно благодарю её за то, что она меня спасла. Даже не подозревая об этом.