Среди нарядных гостей, проходивших через холл, ее образ выглядел особенно скромно, почти незаметно.
Татьяна Михайловна на мгновение замерла у колонны, затем все-таки вышла из своего укрытия и направилась к распахнутым дверям банкетного зала.
Внутри все будто было залито праздничным блеском. Хрустальные люстры мягко переливались золотистым светом, на столах возвышались пышные композиции из белых роз и орхидей, пахло дорогими духами, свежими цветами и чем-то сладким. Официанты в идеально выглаженных рубашках и черных бабочках двигались почти бесшумно, ловко расставляя тарелки с закусками и бокалы.
— Мамочка, ты уже здесь! — Андрей вдруг появился перед ней из плотной толпы приглашенных.
Он был красивый, чуть растерянный, взволнованный, в безупречно сидящем черном костюме. Обнял ее крепко, но торопливо. От него пахнуло дорогим одеколоном.
— Ну как ты? Все нормально? Зал тебе нравится? Виктория с мамой сами все подбирали, я, если честно, даже не вмешивался.
— Очень красиво, сынок, — тихо сказала Татьяна Михайловна, стараясь улыбнуться. — Ты у меня такой взрослый стал. Такой handsome… такой красивый.
Она поспешно смахнула выступившую слезу и заставила себя не смотреть туда, где за главным столом Наталья Юрьевна уже оживленно беседовала с каким-то крупным мужчиной в дорогом костюме.
— Андрей! Фотограф нас ждет, сейчас свет уйдет! — раздался с другого конца зала недовольный голос Виктории.
Невеста в пышном кремовом платье и правда напоминала изысканное пирожное с витрины дорогой кондитерской. Она нетерпеливо махнула жениху рукой.
— Мам, я сейчас убегу, ладно? Ты найди свое место, там на столах карточки стоят, — Андрей виновато улыбнулся и почти сразу растворился рядом с женой.
Татьяна Михайловна медленно пошла вдоль длинных рядов. Первый стол. Второй. Третий. Чем дальше она продвигалась, тем меньше среди сидящих попадалось знакомых лиц, а наряды гостей становились не такими блестящими и дорогими. Девятый стол нашелся почти в самом дальнем углу огромного зала.
Место оказалось хуже некуда. Прямо за ее спиной располагались двустворчатые двери на кухню. Они то и дело распахивались, выпускали наружу холодный сквозняк, запах жареного мяса, чеснока и горячего масла, а потом с глухим стуком закрывались. Музыка сюда долетала будто сквозь вату, зато лязг посуды, голоса поваров и хлопанье подносов были слышны безупречно.
За столом уже сидело несколько человек. Пожилая супружеская пара представилась дальними соседями бабушки невесты по даче. Рядом угрюмо молчал мужчина средних лет в помятом пиджаке. Он даже не стал дожидаться официального начала банкета и сразу потянулся к бутылке коньяка.
Татьяна Михайловна опустилась на свой стул. В этот же момент кухонная дверь снова распахнулась, мимо быстро прошел официант и случайно задел ее локтем.
— Ой, извините, тут проход узкий, — бросил он на ходу, даже не обернувшись.
Праздник начался громко и ярко. Ведущий с сияющей улыбкой одну за другой выдавал заранее приготовленные шутки, кавер-группа играла популярные песни, гости хлопали, смеялись, поднимали бокалы. Первый тост, как полагается, должны были произнести родители.
В центр зала вышла Наталья Юрьевна. Микрофон в ее руке выглядел так естественно, словно она всю жизнь только и делала, что выступала перед публикой. Говорила она долго, уверенно и красиво. Рассуждала о том, как в наше время важны прочная опора, положение в обществе, надежное окружение и поддержка большой любящей семьи. Затем плавно перешла к будущему молодоженов, к их возможностям и перспективам, при этом многозначительно поглядывая на своих влиятельных гостей.
О Татьяне Михайловне она вспомнила почти случайно. Сухо, между прочим, добавила:
— Разумеется, мы благодарны и маме жениха за то, что она воспитала такого неплохого молодого человека.
Татьяна Михайловна сидела неподвижно, сложив руки на коленях. К их столу официанты подходили последними. Горячее блюдо принесли уже тогда, когда за первыми столами гости давно отодвинули тарелки и перешли к десертам. Соседи по столу оказались людьми тяжелыми и скучными. Мужчина в мятом пиджаке быстро опьянел, начал громко жевать и бесцеремонно тянуться через весь стол. Пожилая женщина без остановки жаловалась то на давление, то на сырость, то на перемену погоды.
Андрей несколько раз пытался пробраться к матери, но каждый раз его перехватывали. То Виктория тянула его фотографироваться с «важными» гостями, то Наталья Юрьевна уводила знакомиться с очередным нужным человеком, то ведущий требовал жениха на конкурс или танец.
С каждой минутой Татьяна Михайловна все отчетливее понимала, какое место ей отвели на этом торжестве. Она видела, как Наталья Юрьевна легко порхает между вип-гостями, одаривая их широкими улыбками и вниманием. Видела Викторию, которая за весь вечер ни разу не подошла к свекрови хотя бы на минуту. Видела и свой девятый стол, спрятанный подальше, в углу, рядом с кухней, будто бедную родственницу нужно было убрать с глаз, чтобы она не нарушала красивую картинку успешной, дорогой свадьбы.
«Женщина простая, без претензий».
Эти слова снова и снова отдавались у нее в висках.
В какой-то момент по залу прокатилась новая волна оживления. Ведущий объявил традиционное вручение подарков молодым. В центре поставили небольшой столик, а на него — нарядный деревянный сундучок с аккуратной прорезью в крышке. «Семейный банк», как весело пояснил ведущий.
Гости начали подниматься со своих мест и выстраиваться неровной очередью. У каждого в руках был конверт — большой или маленький, белый, кремовый, золотистый. Наталья Юрьевна тут же заняла место рядом с сундучком и внимательно следила, кто подходит, как поздравляет и что опускает внутрь.
Татьяна Михайловна медленно открыла сумочку. Ее пальцы сразу нащупали плотный край конверта. Полгода назад она отказалась от давно запланированной поездки, чтобы сберечь эти деньги для сына.