В голове зародилась идея.
Жестокая, но неизбежная.
На рассвете она поднялась раньше всех, быстро собралась на работу и перед уходом провела небольшую проверку на кухне.
Вечером Игорь вернулся домой уставшим и голодным.
Он рассчитывал, что за день жена остыла, приготовила ужин, и всё вернётся на свои места.
Он открыл дверь своим ключом, глубоко вдохнул, надеясь уловить аромат котлет или борща, но квартира встретила его запахом пыли и свежего стирального порошка.
Ни малейшего намёка на еду. — Оля, я дома! — крикнул он, снимая ботинки. — Жрать хочется, как слону!
Ответа не последовало.
Только из комнаты доносились звуки мультфильмов — Катя смотрела телевизор.
Игорь направился на кухню.
Плита была пуста.
Кастрюли блестели на полках.
Сковородка висела на крючке. — Оля? — заглянул он в гостиную.
Тамара сидела на диване с книгой и яблоком в руке. — Привет, — спокойно произнесла она, не отрываясь от чтения. — А где ужин?
Ты не готовила? — Нет. — Как это?
А что мы будем есть? — Я пообедала на работе, в столовой.
Катю покормила мама, когда забирала ее из школы, бабушка напекла пирогов.
А ты… ну, ты же говорил, что у нас полно еды.
Вот, угощайся.
Она кивнула в сторону кухни.
Игорь, растерявшись, вернулся туда и решительно открыл дверцу холодильника.
Лампочка осветила унылую картину.
На полках стояли: вскрытая банка горчицы, половина засохшего лимона, бутылка уксуса и пакет кефира с истекшим сроком годности.
В овощном отсеке лежала одна сморщенная луковица и пара картофелин с глазками.
В морозильнике — ледяной кусок и пачка замороженного укропа. — Оля! — взревел Игорь. — Что это значит?!
Где продукты?
Где мясо?
Где сыр?
Вчера я же видел колбасу!
Тамара вошла в кухню, остановилась в дверях, скрестив руки на груди. — Колбасу, сыр и остатки котлет я отвезла маме.
Вместе с крупами и макаронами. — Ты с ума сошла?!
Зачем?! — Потому что я не намерена кормить тебя за свой счёт, Игорь.
Ты перечислил деньги сестре.
Значит, ты решил, что обеспечение семьи продуктами в этом месяце не в приоритете.
Я оплатила ипотеку, коммуналку и интернет.
На еду у меня денег не осталось.
Те продукты, что были куплены раньше, я справедливо разделила.
Катю будет кормить моя мама, я буду есть на работе.
А ты — как хочешь.
У Наташи теперь есть деньги?
Шестьдесят тысяч.
Поезжай к ней, пусть она тебя накормит.
Уверена, на эти деньги она устроила шикарный обед. — Ты шутишь? — Игорь захлопнул холодильник так, что зазвенели магнитики. — Ты решила морить меня голодом?
Это шантаж! — Это экономика, Игорь.
Дебет с кредитом не сошлись.
Ты сделал выбор — помочь сестре в ущерб семье.
Теперь отвечай за свои решения. — Да пошла ты! — рявкнул он. — Я к маме поеду!
Она меня накормит! — Поезжай, — кивнула Тамара. — Только бензин, кажется, тоже на исходе.
А заправиться не на что.
Игорь вылетел из квартиры, хлопнув дверью.
Тамара подошла к окну.
Она наблюдала, как он сел в машину, долго крутил стартер, затем резко тронулся с места.
Сердце сжалось от жалости и привычного желания всё исправить, побежать, купить, накормить…
Но она сдержалась.
Если уступить сейчас, это будет продолжаться бесконечно.
Игорь вернулся спустя три часа.
Раздражённый, но сытый.
Видимо, мать действительно его накормилa, вероятно, выслушав при этом жалобы на «жёсткую жену».
Он молча прошёл в спальню, лёг на край кровати и отвернулся к стене.
Утро началось с молчаливых сборов.
Игорь демонстративно отказался от кофе (кофе тоже переехал к теще), хлопнул дверью и ушёл.
Следующие два дня прошли под знаком холодной войны.
