— …ради взрослой дочери и её мужчины. С какой стати теперь за это должна отвечать наша семья?
Сергей резко вскинулся, голос сорвался:
— Потому что, если она прекратит платить, начнётся кошмар!
— Тогда пусть Юлия идёт и зарабатывает.
— Она и так работает.
— Где именно?
Он осёкся. Ответа не последовало.
— Всё ясно, — тихо сказала Наталья.
Она поднялась из-за стола.
— Верни деньги.
— Я уже отправил их в банк. Через маму.
— Значит, пусть возвращает она.
— У неё ничего нет.
— Тогда пусть возвращает Юлия.
— Наташ…
— Я закончила.
Наталья вышла из кухни и плотно прикрыла за собой дверь спальни.
Этой ночью Сергей остался на диване.
Наутро она проснулась ещё до звонка будильника. За окном висела тяжёлая серая мгла, по стеклу медленно сползали дождевые капли, а внизу дворник без всякого энтузиазма сгребал в кучу раскисшие листья.
Сергея в квартире уже не было.
На столе на кухне лежал листок.
«Уехал к маме. Вечером всё обсудим».
Наталья сжала записку в кулаке.
На работе день тянулся мучительно. Она смотрела в монитор, но строки и цифры плыли перед глазами. Мысли снова возвращались к переводу.
680 000 грн.
Почему именно такая сумма?
Не 600 000. Не 700 000.
Откуда вообще взялась эта цифра?
В обеденный перерыв Наталья открыла банковское приложение и начала листать операции по их накопительному счёту. И почти сразу заметила то, чего раньше не видела.
За последние четыре месяца Сергей несколько раз выводил деньги.
По 30 000 грн.
Всего — ещё 145 000 грн.
У Натальи будто лёд разлился внутри.
Вечером она дождалась мужа в прихожей.
— Сколько?
Сергей застыл с ключами в руке.
— Что?
— Сколько всего ты отнёс своей семье?
— Я же тебе сказал…
— Не надо мне лгать.
Она развернула экран телефона к нему.
Сергей взглянул на список операций, и выражение его лица сразу изменилось.
— Я собирался всё вернуть.
— Сколько?
Он отвёл глаза.
— Восемьсот двадцать пять тысяч.
Наталья прислонилась к стене, потому что ноги вдруг стали ватными.
— Почти всё, что мы накопили.
— Не всё.
— Какое утешение.
— Наташ, мама обещала…
— Мне безразлично, что она тебе обещала!
— Не повышай голос.
— Я имею полное право кричать!
Сергей тоже не выдержал:
— А что я должен был сделать? Спокойно смотреть, как моя мать рыдает?!
— А когда рыдать начну я, ты тоже побежишь спасать кого-нибудь нашими деньгами?
Он отвернулся.
И вот тогда Наталья поняла самое страшное.
Дело уже было не в сумме.
Не в кредите.
Не в пропавшем Дмитрии.
Сергей сделал выбор.
И сделал его без неё.
Через два дня позвонила Галина Сергеевна.
— Наташенька, приезжайте в воскресенье. Нам нужно спокойно всё обсудить.
— Что именно?
— Семью.
Наталья уже хотела отказаться. Но после короткой паузы ответила:
— Хорошо.
В воскресенье они приехали к свекрови.
В квартире пахло жареной курицей и яблочным пирогом. На столе стоял нарядный сервиз, будто их позвали не разбираться с долгами, а праздновать чей-то юбилей.
Юлия сидела у окна.
Выглядела она усталой, но уж точно не сломленной. На ней был новый спортивный костюм, ногти аккуратно покрывал нежный молочный лак.
Наталья заметила это сразу.
— Проходите, проходите, — засуетилась Галина Сергеевна. — Сейчас поедим, а потом поговорим.
— Лучше сначала поговорим, — ровно сказала Наталья.
Свекровь недовольно сжала губы.
Все расселись за столом. Сергей нервно постукивал пальцами по скатерти.
— Значит, я всё прикинула, — начала Галина Сергеевна. — Если Сергей будет каждый месяц помогать по 30 000 грн, а я стану вносить по 15 000…
Наталья подняла ладонь.
— Подождите.
Свекровь удивлённо моргнула.
— Что такое?
— Почему Сергей должен платить по 30 000?
— Потому что кредит большой.
— Я не о размере платежа спрашиваю. Я спрашиваю: почему платить должен он?
Юлия шумно выдохнула.
— Наташ, ну зачем ты опять начинаешь?
— А ты почему сидишь молча?
— Я тоже буду помогать.
— Сколько?
— Сколько смогу.
— Это не сумма.
— У меня ребёнок.
— У меня тоже есть семья.
Юлия закатила глаза.
— Ты всегда была жадной.
Сергей резко повернулся к сестре:
— Юль, хватит.
Но Наталья уже смотрела только на неё.
— Повтори.
— Я сказала, что нельзя всё мерить деньгами.
— Очень интересно слышать это от человека, из-за которого пенсионерка взяла кредит на 1 200 000 грн.
Юлия вскочила так резко, что стул скрипнул по полу.
— Я её не заставляла!
— А кто заставлял?
— Дмитрий обещал вернуть всё до копейки!
— Где Дмитрий?
— Я не знаю!
— Тогда продавай машину.
В комнате стало тихо.
Юлия побледнела.
— Что?
— Продавай машину. Она стоит примерно 800 000 грн.
— Ты вообще в себе? Мне ребёнка возить нужно!
— Автобусы ещё не отменили.
— Сергей! — Юлия повернулась к брату. — Ты слышишь, как она со мной разговаривает?
И Сергей произнёс именно то, после чего Наталья окончательно поняла: прежней жизни больше не будет.
— Наташ… машину, наверное, правда лучше не трогать.
Она медленно повернула к нему голову.
— Почему?
— Максима в школу возить надо. И Юлии нужно на работу ездить.
— А мне?
— Что тебе?
Несколько секунд Наталья молча смотрела на мужа.
— Ничего.
Она поднялась из-за стола.
— Я еду домой.
Но до квартиры Наталья так и не добралась.
Уже возле подъезда у неё зазвонил телефон. Номер был незнакомый.
— Наталья Павловна?
— Да.
— Меня зовут Татьяна. Я бухгалтер компании, где раньше работал Дмитрий Сафонов.
Наталья остановилась посреди мокрого тротуара.
— Откуда у вас мой номер?
— Его дал ваш свёкор.
Сердце у неё на мгновение будто провалилось.
— Моего свёкра нет в живых почти год.
На другом конце линии повисла пауза.
— Тогда нам обязательно нужно встретиться.