Юлия не стала ждать, что Андрей ответит, и просто нажала на отбой. Пальцы подрагивали так заметно, что ей пришлось сжать телефон обеими ладонями. Все эти красивые слова — «будь мудрее», «потерпи», «прояви гостеприимство» — давно звучали для нее не как призыв к доброте, а как приказ молча уступать и обслуживать чужие капризы. Почему ее покой всякий раз оказывался менее важным, чем чьи-то временные трудности? С какой стати родство должно было отменять элементарное уважение к чужому дому?
После работы Юлия нарочно не поехала сразу домой. Она задержалась в офисе дольше обычного, потом бесцельно прошлась по торговому центру, купила кофе и села за столик у окна. Пила медленно, почти не чувствуя вкуса, лишь бы еще немного оттянуть возвращение. Ей хотелось одного: тишины. Снять туфли, включить негромкую музыку, устроиться в кресле и несколько минут просто посидеть с закрытыми глазами, никому ничего не объясняя.
К двери своей квартиры она подошла уже ближе к половине девятого. Ключ вошел в замок, но провернулся не сразу, будто механизм заедало. Юлия нахмурилась, сильнее нажала плечом на дверь и наконец вошла.
В прихожую ударил тяжелый, застоявшийся запах: жареный лук, духота и резкие дешевые духи, смешавшиеся в неприятный ком. Из гостиной неслись раскатистый смех, громкая речь и незнакомый мужской голос.
Юлия сняла обувь и медленно прошла дальше. На вешалке болталась чужая кожаная куртка, а рядом на полу стояли большие мужские кроссовки, грязные по краям подошвы. В гостиной у журнального столика, заставленного едой и бутылками, расположились Валерия Павловна, Марина и какой-то лысоватый мужчина в растянутом свитере. А на столе, среди нарезки и жирных тарелок, стояли ее хрустальные бокалы. Те самые, привезенные из Чехии, которые Юлия доставала только по большим праздникам.
У нее на секунду потемнело перед глазами.
— О, хозяйка наконец-то явилась! — бодро объявила Валерия Павловна, заметив ее в дверях, словно радовалась возвращению официантки. — А мы тут немного посидели, расслабились. Это Вадим, брат моей кумы, он в городе по делам, проездом. Я его позвала, столько лет не виделись! Вадим, знакомься, это Юлия, жена моего брата.
Мужчина расплылся в липкой улыбке и слегка поднял бокал.
— Очень приятно. У вас, должен сказать, квартирка замечательная. Уютная.
Марина устроилась в кресле, забравшись туда с ногами прямо в джинсах, на светлую обивку. Она без особого интереса листала что-то в телефоне. Андрея дома не было.
Юлия медленно оглядела комнату. На журнальном столике блестели жирные пятна. На дорогом ковре валялись крошки от чипсов. Телевизор ревел так, что стены будто дрожали. В ее квартире, в ее единственном безопасном месте, чужие люди устроили посиделки уровня придорожной забегаловки и пользовались вещами, к которым она сама относилась бережно.
И в этот момент внутри будто оборвалась последняя нить. Все терпение, которое Юлия годами натягивала, стараясь не ссориться, не выглядеть грубой, не портить отношения, лопнуло окончательно. Но вместо крика, слез или истерики на нее внезапно снизошло холодное, почти пугающее спокойствие.
Она вошла в гостиную, подошла к телевизору и одним движением выдернула вилку из розетки. Комната мгновенно провалилась в тишину.
— Эй, ты что делаешь? Мы смотрели! — возмутилась Марина, оторвавшись от телефона.
Юлия повернулась к ним. На ее лице не было ни злости, ни растерянности. Голос прозвучал ровно и сухо, как объявление по громкой связи.
— Молодой человек, — сказала она, глядя прямо на Вадима, — вы сейчас встаете, надеваете обувь и выходите из этой квартиры. На сборы у вас одна минута.
Вадим поперхнулся, растерянно моргнул и перевел взгляд на Валерию Павловну.
— Валерия, это что вообще такое? Я не понял.
— Юлия, ты в своем уме?! — Валерия Павловна резко вскочила с дивана, багровея от злости. — Так с гостями не разговаривают! Я его пригласила! Это квартира моего брата!
— Ошибаетесь, Валерия Павловна, — так же спокойно ответила Юлия. — Это не квартира вашего брата. Это моя личная собственность, приобретенная до брака. Моя квартира. И разрешения превращать ее в место сборищ для ваших знакомых я не давала.
Она снова посмотрела на мужчину.
— У вас осталось сорок секунд. Если вы не выйдете сами, я позвоню в полицию и сообщу о незаконном нахождении постороннего человека в моем жилье.
Вадим, как оказалось, быстро соображал. Он оценил выражение ее лица, понял, что угрозы здесь не для красного словца, и тут же начал подниматься.
— Да понял, понял, чего сразу… без скандалов, — пробормотал он, торопливо протискиваясь в коридор и хватая куртку. — Валерия, потом созвонимся.
Когда дверь за незваным гостем захлопнулась, Валерия Павловна словно сорвалась с цепи.
— Да как ты посмела?! — завизжала она. — Опозорила меня перед человеком! Я Андрею все расскажу! Он после такого с тобой разведется, потому что нормальная жена так с его родной семьей не поступает!
— Рассказывайте ему все, что сочтете нужным, — произнесла Юлия.
Она подошла к столу, молча забрала хрустальные бокалы и унесла их на полку, подальше от чужих рук.
— А теперь слушайте меня внимательно. Бесплатная гостиница для родственников в моей квартире закрыта. Окончательно.
Валерия Павловна задохнулась от негодования, несколько раз открыла рот, но слова застряли. Марина испуганно сползла с кресла и наконец убрала ноги с обивки.
— Вы сейчас собираете свои вещи, — продолжила Юлия, отчетливо произнося каждое слово. — Одежду, косметику, зарядки, пакеты, все до последней мелочи. После этого вы уходите.
— Куда мы среди ночи пойдем?! — взвизгнула Валерия Павловна. — У нас билеты только на среду! У Марины завтра важное собеседование! Ты нас на улицу выставляешь?!
— В городе достаточно гостиниц и хостелов.
— У нас нет денег на гостиницу! Мы вообще не планировали такие расходы!
Юлия открыла сумку, достала кошелек, вынула две тысячи гривен и положила деньги на край стола.
— Этого хватит на две ночи в нормальном хостеле недалеко от центра. Я даю вам деньги на ночлег, чтобы потом никто не рассказывал, будто я оставила вас под подъездом. Но в моей квартире вы больше не останетесь ни на минуту. У вас полчаса.
— Я никуда не поеду! — Валерия Павловна с вызовом плюхнулась обратно на диван и скрестила руки на груди. — Буду ждать Андрея. Вот пусть он придет и скажет, как ему нравится, что жена выгоняет его родную сестру!
Юлия достала телефон. В контактах давно был сохранен номер участкового, визитку которого она когда-то взяла после собрания жильцов.
Она нажала вызов и спокойно сказала:
— Добрый вечер, Дмитрий Игоревич. Это Юлия Сергеевна, квартира тридцать пять. У меня проблема.