— Всю ночь глаз не сомкнула, — тяжело выдохнула Наталья Сергеевна, искоса поглядывая на автомобильные ключи, которые Екатерина по неосторожности оставила на подоконнике возле ящика с перечной рассадой. — Лежала и думала: неужто так и не увижу тот песочек? Говорят, в Одессе он светлый, почти как мука. И рыбки там, наверное, красивые, не наши карасики из пруда.
— Там медузы, — не поднимая головы от телефона, сообщил Дмитрий. — И катраны в море водятся.
— Бабушку катран не тронет, — отозвалась Алина. — Свои своих не кусают.
Наталья Сергеевна обиженно сжала губы, но отступать не собиралась: цель была совсем рядом. Стоило Екатерине отвернуться к плите, как рука свекрови, закалённая годами охоты за дефицитом, молнией скользнула к подоконнику.
— Ох, засиделась я у вас, — вдруг оживлённо поднялась она. — Пойду домой, а то к вечеру, говорят, похолодает.
— Минутку, — Екатерина обернулась не спеша. — Ключи положите обратно.
— Какие ещё ключи, деточка? — глаза Натальи Сергеевны сделались невинными и круглыми, как у мультяшного кота. — Я никаких ключей не брала. Может, ты их сама в кастрюлю уронила?
— Наталья Сергеевна, на этой кухне у меня учтена каждая ложка. Даже тараканы, если забредут, ходят по расписанию. Доставайте из правого кармана плаща. Или сейчас звоним в полицию и оформляем кражу с особым цинизмом.
Андрей заметно побледнел.
— Катя, ну зачем так резко? Мама же просто… пошутила.
— Чудесное чувство юмора, — Екатерина протянула ладонь. — Техпаспорт я уже отвезла брату в гараж. Так что, Андрюшенька, продать ты теперь сможешь разве что собственные запасные органы.
Наталья Сергеевна с таким величием, будто возвращала фамильные драгоценности, положила ключи на стол.
— Сухая ты женщина, Екатерина. Ни мечты в тебе, ни размаха. Один быт да расчёт. Сынок, как ты с ней живёшь?
— Хорошо живу, мама, — спокойно улыбнулась Екатерина. — Потому что у нас всё ещё есть машина, на которой я завтра тебя отвезу.
— Куда это? — насторожилась Наталья Сергеевна.
— В санаторий «Светлые пруды». Под Полтавой. Там тоже вода имеется, песок в почках лечат, и компания будет как раз по возрасту. Путёвку я уже оплатила. Из своей премии.
— Под Полтаву? — свекровь театрально прижала ладонь к груди. — Да там же комары!
— Зато лечебный торф, — отрезала Екатерина. — И никаких морских хищников.
В субботу с утра автомобиль был набит сумками. Наталья Сергеевна устроилась на заднем сиденье с лицом человека, которого везут не на оздоровление, а на пожизненную ссылку. Андрей молча держался за руль и хмурился. Дмитрий с Алиной остались дома, торжественно поклявшись не собирать гостей. Екатерина им, конечно, не поверила, но рассудила, что отмыть квартиру всё равно проще, чем заново покупать кроссовер.
— Посмотрите, какая красота вокруг! — бодро сказала она, указывая на мелькающие за окном деревья. — Апрель, почки набухают, всё оживает.
— У меня тоже почки набухают, — пробурчала Наталья Сергеевна. — И суставы ноют. В ваших «Светлых прудах», небось, даже телевизора в номере нет.
— Есть, — заверила Екатерина. — Целых два канала: «Культура» и «Охота и рыбалка». Для душевного равновесия — именно то, что доктор прописал.
Наконец они свернули к санаторию. Перед ними вырос старый административный корпус, который когда-то попытались осовременить пластиковым сайдингом.