Однако внутри не оказалось ровным счётом ничего.
— Я… не понимаю, — растерянно выдохнула Марина, глядя на пустые полки. — Наверное, твоя мама… — начала она, но тут же прикусила язык.
Она вдруг ясно почувствовала: Дмитрий будто только этого и ждёт. Стоит ей произнести хоть слово против его матери — и он тут же ухватится за это, чтобы обвинить её во всех грехах.
— Я сейчас быстро что-нибудь приготовлю, — заставила себя бодро сказать Марина, хотя внутри всё сжалось, и слёзы уже подступали к глазам.
— Не надо стараться. Меня уже накормили, — холодно бросил Дмитрий и вышел из кухни.
После этого он направился в комнату к матери, и вскоре оттуда послышались звуки телевизора. Они устроились вместе, словно ничего особенного не произошло.
Марина наскоро перекусила чем-то случайным, немного посидела в гостиной, не находя себе места, а потом ушла в их с Дмитрием спальню. Она всё надеялась, что он зайдёт. Пусть не сразу, пусть позже, но всё-таки придёт и хотя бы объяснит, что происходит.
Но Дмитрий не пришёл.
На вопросы он отвечал коротко, без желания продолжать разговор. Иногда просто молчал, будто её рядом не существовало. А ночью и вовсе остался спать на диване в гостиной.
Так прошёл один вечер. Потом следующий день. Потом ещё один.
Если честно, Марина уже не понимала, как себя вести и что вообще делать.
— То есть он до сих пор молчит? — спросила Оксана, когда они вместе обедали в перерыве.
Марина не собиралась никому ничего рассказывать. Ей было стыдно, больно и страшно признаться, что в её семье творится такое. Но Оксана слишком хорошо её знала. Она сразу заметила, что с подругой что-то не так, и мягко, но настойчиво добилась ответа.
— Молчит, — устало произнесла Марина и тяжело вздохнула. — Спит в гостиной. То, что я готовлю, не ест. Разговаривать не хочет.
— Ну всё ясно, — Оксана тоже вздохнула. — Его мама наговорила про тебя всякого, а он теперь решил устроить тебе наказание молчанием.
— И что мне теперь делать? — Марина беспомощно посмотрела на неё. — Я ведь пытаюсь поговорить. Утром пробую. После работы тоже. Ты, наверное, скажешь, что я плохо стараюсь, но…
— Ничего подобного, — перебила её Оксана. — Я тебя знаю. Если ты говоришь, что пыталась, значит, пыталась нормально. Слушай, давай так: я позову его в переговорную под предлогом рабочего вопроса. Мне как раз нужно кое-что обсудить с ним по проекту. Потом выйду, а вместо меня зайдёшь ты.
— Ты правда готова так сделать? — Марина даже растерялась.
Она почему-то ожидала, что Оксана скажет: «Собирай вещи и уходи от него». Без вариантов и обсуждений.
— Конечно, готова, — уверенно ответила подруга. — Потому что это какая-то детская глупость: не разговаривать с собственной женой и даже не попытаться выслушать её версию.
К сожалению Марины, этот план тоже ничего не изменил. Дмитрий не стал с ней говорить по-настоящему. Он продолжал изображать глубоко оскорблённого человека, которому все вокруг должны что-то доказывать.
Марина изводилась всё сильнее. Нервничала, злилась, плохо ела, почти не спала. За несколько дней она заметно осунулась и даже похудела.
— Марина, в любой ситуации нужно искать плюсы, — однажды попыталась пошутить Оксана. — Ты же сама жаловалась, что никак не можешь сбросить лишнее. А тут всего неделя — и результат налицо.
— Ты неисправимая оптимистка, Оксана, — грустно сказала Марина.
Да, похудеть она действительно хотела. Но точно не таким способом.
В тот вечер Марина долго лежала без сна. Она переворачивалась с боку на бок, то проваливалась в короткую дремоту, то снова просыпалась, будто от внутреннего толчка. Под утро ей приснилась бабушка.
Во сне бабушка сидела рядом, гладила её по волосам, прижимала к себе крепкими, тёплыми руками и тихо спрашивала:
«Неужели ты правда хочешь прожить вот так всю жизнь?»
Марина проснулась резко, с колотящимся сердцем.
И вдруг поняла: если Дмитрий уже сейчас позволяет себе так вести себя с ней, то что будет дальше? Раньше они не были женаты, и он, возможно, сдерживался. А теперь, похоже, решил, что она никуда не денется. И вот это холодное равнодушие, это молчаливое наказание — и есть его настоящее лицо.
«Мне нужно уйти», — окончательно решила Марина.
— Ну что? Вы хотя бы поговорили? — спросила потом Оксана.
— Нет, — Марина покачала головой. — Он только спросил, куда это я собралась. Я сказала, что съезжаю. А он пожал плечами и ушёл в подъезд.
Глаза Марины наполнились слезами.
— Он даже не обернулся, Оксана, — тихо добавила она.
— Хм… а может, всё было не так однозначно? — осторожно произнесла Оксана.