Марина хлопотала у плиты, готовя завтрак, когда из комнаты донеслась приглушённая мелодия телефона. Звук быстро приближался и становился громче.
— Мам, тебе звонят! — в кухню влетел Матвей, держа мобильник перед собой на вытянутой руке.
— Спасибо, родной. — Марина убрала огонь под сковородой и взяла телефон.
Едва она взглянула на экран, улыбка тут же исчезла: звонил бывший муж.
— Иди поиграй, — мягко, но настойчиво отправила она сына из кухни.
— Привет. Ты что, не дома? Почему так долго не отвечала? — голос Дмитрия звучал бодро, даже ласково; было слышно, что он улыбается.
— Дома. Что тебе нужно? — холодно спросила Марина.
— Хотел заглянуть. Я тут рядом оказался, по делам приехал.
Видеть его ей совсем не хотелось. Но Марина и сама собиралась в ближайшие дни ему звонить, так что отказываться не стала.
— Заходи. Мне как раз надо с тобой кое-что обсудить.
— Что за во… — начал он, но Марина не дослушала и сбросила вызов.
Если заранее сказать, о чём пойдёт речь, он просто не появится. Дмитрий всегда мастерски уходил от неприятных разговоров и любых обязательств.
— Матвей, завтракать! — позвала она сына.
Марина сняла со сковороды три пышных оладушка, переложила их на тарелку, щедро полила вареньем и поставила на стол. Матвей их обожал.
Она была уверена, что Дмитрий появится минут через десять. Но, похоже, он уже стоял во дворе, когда звонил, потому что почти сразу раздался сигнал домофона.
— Ешь, я открою, — сказала Марина и вышла в прихожую.
На пороге стоял Дмитрий: куртка распахнута, на лице привычная улыбка. Он вообще улыбался почти всегда. Такая улыбка могла расположить к себе кого угодно, только не Марину. Она слишком хорошо знала, что за ней скрывается.
— Случайно мимо проходил? — с недоверием уточнила она.
— А ты чего такая строгая? Матвей где?
Марина не успела ответить. Сын уже выбежал в коридор. Дмитрий присел, широко раскинул руки, будто собирался поймать мальчика в объятия, но Матвей не бросился к нему. Он остановился возле матери.
— Ну иди ко мне. Ты чего? — позвал Дмитрий.
Матвей поднял голову и посмотрел на маму, словно спрашивая разрешения. Он заметил, как у неё едва дрогнули уголки губ, но улыбки так и не появилось. Мальчик остался рядом с Мариной.
Дмитрий выпрямился и бросил на бывшую жену укоризненный взгляд.
— Я вас, что ли, от завтрака оторвал? Оладьи? У Матвея все щёки в варенье. А меня угостишь?
— Матвей, возвращайся на кухню, — сказала Марина сыну, даже не отреагировав на просьбу Дмитрия. — К ребёнку пришёл без ничего, зато сам на завтрак напрашиваешься?
— Ясно. Раздеться можно? Так о чём ты хотела поговорить? — Дмитрий повесил куртку на вешалку и принялся стягивать ботинки.
Марина ждать его не стала. Она прошла в комнату, но на диван не села. Осталась стоять посреди комнаты, скрестив руки на груди.
Дмитрий вошёл следом, огляделся и снова спросил:
— Так что за разговор?
— Уже два месяца от тебя нет алиментов.
— Ты вообще способна думать о чём-нибудь, кроме денег? — недовольно произнёс он. — Могла бы хотя бы с прошедшим праздником поздравить. Кстати, тебя тоже поздравляю. Я с работы ушёл, сейчас ищу новую. Не накручивай себя: устроюсь — сразу получишь всё за два месяца.
— Очень надеюсь, что на новом месте зарплата у тебя будет официальная и полностью прозрачная, — резко ответила Марина. — Или опять оформят минималку, чтобы выплаты на сына выходили смешными? Напомню: эти деньги ты платишь не мне, а своему ребёнку.
Дмитрий поморщился и попытался возразить, явно собираясь повторить уже сказанное.
