Валерия возвращалась в родительский посёлок, сидя на заднем сиденье чужой машины. Тот, кого она ещё недавно называла мужем, без объяснений сгреб её вещи в два тяжёлых баула, сунул ей деньги на первое время и велел водителю отвезти её домой. На прощание он лишь холодно бросил, чтобы она не смела возвращаться и не болтала о нём где попало.
Она молча глотала слёзы, смотрела на мелькающие за стеклом поля и всё думала, как переступит порог дома. В голове упрямо звучал мамин голос: «Я же говорила, наиграется он с тобой и выставит обратно». Почему мать всегда оказывалась права? Почему всё, чего Валерия так боялась, сбывалось именно так, как та предсказывала?
Память сама потянула её назад. Когда всё это началось? Наверное, ещё в четырнадцать, когда у неё появился первый парень. С тех пор мать и начала ворчать. Валерия легко увлекалась, быстро меняла кавалеров, а мама почти каждым оставалась недовольна. Хотя бывало и наоборот: если рядом с дочерью появлялся какой-нибудь медлительный, простоватый парень, мать почему-то смотрела на него с одобрением.
Полгода назад в её жизни возник Антон. Тогда дома начались настоящие скандалы. Мать твердила, что он её бросит, что такие мужчины долго не задерживаются. Но как она могла это знать? Ведь Антон в то время носил Валерию на руках, говорил о любви, обещал свадьбу и уверял, что без неё жить не сможет. Свадьбы так и не случилось. А теперь он нашёл другую, а её отправил прочь, будто ненужную вещь.
«Что скажут мама с папой?» — с мучительным страхом думала Валерия.

Машина остановилась у знакомых ворот. Здесь прошло всё её детство. Водитель без лишних слов вытащил сумки, поставил их во дворе и уехал, оставив её одну посреди тишины.
На крыльце появилась мать. Она посмотрела на дочь долгим, внимательным взглядом, в котором сразу читалось: всё поняла.
— Ну что, разве я тебе не говорила?
— Мам, только не начинай, пожалуйста…
— Говорила ведь! Сколько раз говорила! — вспыхнула женщина, но тут же сорвалась, шагнула к дочери, крепко прижала её к себе и сама заплакала. — Валерия, ну почему ты у меня такая непутёвая?
— Мамочка, не ругай меня…
— Сколько уже?
— Пять месяцев, — едва слышно ответила Валерия и уткнулась лицом в материнское плечо, словно снова стала маленькой девочкой.
— И что ты теперь собираешься делать?
— Рожать, — тихо, но твёрдо сказала она.
— Ладно, хватит во дворе стоять, — мать подхватила один баул. — Заходи в дом.
Валерия впервые за долгое время почувствовала, как внутри становится спокойно. Да, впереди её ждали тревоги, разговоры, трудности и неизвестность. Но сейчас она была дома. В своей комнате. На своей кровати. Можно было просто закрыть глаза, вытянуться под старым одеялом и на несколько минут перестать обо всём думать.
Разбудил её шум в сенях. Она сонно прислушалась. «Папа пришёл, — догадалась Валерия. — Сейчас на кухню пойдёт. Мама уже там. Наверняка обо мне говорят». Она поднялась, накинула халат и медленно пошла на кухню.
— Нагулялась? — голос отца прозвучал строго, но глаза у него были тёплые, полные любви.
— Папка! — Валерия кинулась к нему и обняла за шею.
— За стол садитесь, — оборвала их мать, ставя на клеёнку три глубокие тарелки с горячим борщом.
Рядом на блюдце лежали зелёный лук и укроп. Валерия заняла своё старое место и принялась есть, счастливо переводя взгляд с отца на мать. Домашняя еда казалась ей невероятно вкусной, почти праздничной.
— И что дальше планируешь? — спросил отец, вытирая усы.
— Я буду по дому помогать! — оживилась Валерия и даже поднялась из-за стола. — У меня ведь деньги есть!
Сказав это, она уже направилась к двери, собираясь принести то, что привезла с собой.
