Эх, молодость!
На следующий день Алексей метался по дому, словно раскалённая дробь в сите, в нетерпении ожидая известий о результатах сватовства. — Почему ты так суетишься? — пытался успокоить его отец, — Уж они своё дело знают веками.
Свадьба непременно состоится, не сомневайся!
Под вечер на пороге появился дядя Михаил, находившийся в состоянии, едва отличимом от вчерашнего. — Всё, племянник! — взревел он, взмахнув руками к потолку и затем резко опуская их, словно рубя воздух. — Теперь ты настоящий жених!
Сосватали мы твою Елену.
Ну а что ты ожидал?
Девка в девках засиделась, ей давно уже за двадцать… Родители её от радости чуть ли не на руках в горницу внесли.
Как угощали, как потчевали… — «Как засиделась?» — не понял Алексей, и тревога мелькнула на его лице. — Ей всего семнадцать минуло… Я даже боялся, что в сельсовете откажут расписать… Моя Ольга… А кого вы сосватали?
Родители вместе с сыном уставились на дядю Михаила.
Он заморгал, отступил назад и с тяжестью опустился на лавку. — Как кого… — заикаясь, произнёс он, — Елену Коваленко.
Настоящая красавица!
Ты сам сказал — Елена… Вот её мы и сосватали.
А ты другую приметил? — выдохнул Алексей, склоняя голову к груди. — Ольгу Новикову… Что же вы натворили?
Мне кроме Ольги никто не нужен!
Теперь уж сами женитесь на этой… на этой перестоявшей девице!
Возмущение и горькие упрёки лились долго, не менее двух часов.
Отец и мать пытались успокоить расстроенного сына.
Умоляли дядю Михаила пойти к Коваленко и извиниться за ужасную ошибку, но тот категорически отказался, ссылаясь на непреодолимый стыд.
Когда председатель узнал о случившемся, он высказал своё мнение: — Алексей, ты умный и образованный парень, — начал он, строго оглядывая всех, — Но так поступать нельзя.
Девку сосватали.
Уговор, как известно, дороже денег.
Пусть даже она и неидеальна, а тут красавица, загляденье.
И, говорят, к тебе давно испытывает чувства.
Как только узнала о твоём сватовстве, так вся засветилась, а глаза заблестели, словно две яркие звезды на ночном небе.
Может, одумаешься, сынок?
Возможно, она именно твоя настоящая судьба?
Новый дом, который колхоз построил для молодых специалистов, — ваш.
Ты агроном, тебе полагается.
Эх, заживёте, словно у Христа за пазухой!
Решай сам, конечно, а я в этот позор вмешиваться не собираюсь.
Её теперь на всю деревню осмеют.
Сосватали, а потом — отвернулись.
И куда ей после этого деться?
Куда пойти?
Мать, сжав дрожащие губы в ладонях, тихо всхлипывала в уголке.
