— Зарплата Дмитрия, насколько мне известно, теперь без остатка уходит на вашу ипотеку и на продукты, тут мне и объяснять ничего не надо, — продолжила она тем самым тоном, будто уже провела ревизию наших счетов. — А вот твой личный доход, Алина, с сегодняшнего дня будет считаться семейным запасом на экстренные нужды. Я подумала, взвесила и пришла к выводу: распоряжаться вашими свободными деньгами должна я. У меня опыта больше, да и делаю я это исключительно из родственной заботы. Вы молодые, неразумные, спустите всё на какую-нибудь бессмысленную дребедень. А мне, между прочим, сейчас срочно нужно вложиться в собственное здоровье, которое у меня, как вы знаете, уже не железное.
На этом месте Наталья Сергеевна вдруг запнулась. Только теперь до неё дошло, что за столом сидит не только наша семья. Мой дядя Виктор, до этого спокойно наблюдавший за происходящим, неторопливо поднял в её честь свою внушительную кружку, почти пол-литровую, и хитро сощурил весёлые, очень внимательные глаза.
— Моё почтение, Наталья Сергеевна, — раскатисто произнёс он своим низким голосом, от которого даже чайные ложечки в блюдцах тихонько дрогнули. — Какими ветрами вас занесло в такую метель?
— Здравствуй, Виктор, — сухо ответила свекровь, недовольно сжав губы.
Было видно, что наличие постороннего, да ещё такого крупного и невозмутимого свидетеля, сильно портило ей задуманную сцену. Но сворачивать с намеченного курса Наталья Сергеевна явно не собиралась. Она устроилась на стуле поудобнее, глубоко, почти театрально вздохнула и сложила ладони на груди, изображая одновременно скорбь, усталость и материнское достоинство.
— Вообще-то я пришла не болтать, а по очень серьёзному вопросу, — сообщила она. — Мне срочно понадобилась крупная сумма на дорогое лечение. Возраст, сами понимаете, своё берёт. Болячки вылезают одна за другой, организм уже не тот. Врач в поликлинике прямо сказал: нужна особая процедура, редкая и крайне недешёвая. Алина, ты сегодня же переведёшь мне на карту всю свою зарплату. Я уже узнала расценки в клинике, должно хватить как раз впритык.
Я молча опустилась на стул напротив неё и почувствовала, как вместо раздражения во мне просыпается спокойный, почти профессиональный интерес. Спорить ради шума я никогда не любила. Кричать тоже не привыкла. Гораздо надёжнее действуют точные вопросы, документы и факты, от которых невозможно отмахнуться.
— Какая именно процедура вам назначена, Наталья Сергеевна? — ровно спросила я, не отводя взгляда от её беспокойных глаз. — Какой диагноз поставили? Вы ведь помните, что я по профессии врач и работаю по специальности. Давайте вашу выписку, заключение, результаты обследований, назначения. Я всё посмотрю сама. Если лечение действительно серьёзное и необходимое, завтра же свяжусь с коллегами и помогу попасть к хорошим специалистам в нашем городе по государственной квоте. Бесплатно и официально.
После этих слов Наталья Сергеевна заметно растерялась. Она заёрзала, отвела глаза и принялась рассматривать кухонные шкафчики так внимательно, будто именно там было написано спасительное продолжение её легенды. Очевидно, к такому конкретному, медицинскому и совершенно лишённому эмоций разговору о своей «болезни» она готова не была.
— Ой, да что ты можешь знать со своими государственными больницами! — всплеснула она руками. — Эти ваши бесплатные квоты — одно издевательство над пожилыми людьми. Там человека скорее угробят, чем вылечат, и фамилию спросить не успеют. Мне нужно начинать уже завтра утром, и только в частном порядке. У меня выявили серьёзный энергетический сбой всего организма. Один очень известный специалист доверительно объяснил, что для восстановления иммунитета и нормализации давления мне необходимо срочно носить правильные драгоценные металлы и редкие природные камни именно на уровне головы. Это древняя уникальная методика, между прочим, подтверждённая зарубежными профессорами!
Дмитрий, который до этого сидел молча и неподвижно, слушая этот поток с каменным лицом, медленно захлопнул крышку ноутбука. Звук вышел глухим и неприятно окончательным. Его взгляд в один миг стал тяжёлым, холодным и колючим.
Я же только едва заметно усмехнулась. Наблюдать за этим дешёвым домашним спектаклем было даже любопытно: актриса старалась изо всех сил, но декорации рушились на глазах.
— Значит, редкие камни нужно носить строго на уровне головы? — уточнила я, слегка приподняв бровь. — Наталья Сергеевна, как дипломированный врач могу официально вас заверить: на мочках ушей нет ни волшебных точек долголетия, ни энергетических каналов, отвечающих за давление и иммунитет. Там есть кожа, жировая ткань, хрящ и мелкие капилляры. А единственное давление, на которое способны повлиять дорогие бриллианты, — это давление ваших завистливых соседок в подъезде. Скажите честно, вы эту ерунду в бесплатной рекламной газетке из почтового ящика прочитали? Или ваша подруга Елена Викторовна наконец похвасталась новыми украшениями?
Наталья Сергеевна вспыхнула мгновенно, будто сухая трава от искры. Её тщательно выношенный план, очевидно продуманный не один вечер, начал расползаться прямо у нас на глазах.
А причина была проста. Её ближайшая приятельница, Елена Викторовна, давно слыла на весь район редкой интриганкой и профессиональной любительницей жить чужими ресурсами. У этой женщины был особый талант: из пустоты создавать сплетни, из чужой вины — выгоду, а из семейных разговоров — удобные рычаги давления. Буквально несколько дней назад она с нарочитой важностью демонстрировала Наталье Сергеевне роскошные золотые серьги и без всякого стыда хвалилась во дворе, что вытянула их из своей невестки с помощью самых простых семейных манипуляций и жалоб на здоровье.
