Для небольшого украинского города цена получалась почти запредельной, и людей, готовых ежемесячно отдавать такие деньги за аренду, находилось совсем немного. Занималась показами Ольга — Дарьина давняя школьная подруга. Девушка была бойкая, деловая, с цепкой хваткой, к тому же жила совсем рядом, через пару кварталов от старой «сталинки». Неделя сменялась неделей, потом прошли месяцы, а жильё всё так же числилось свободным. По крайней мере, Дарья была в этом уверена.
Первый неприятный сигнал появился примерно месяц назад. В самый разгар рабочего дня ей позвонила Галина Николаевна, соседка снизу, и с явным раздражением пожаловалась, что по вечерам над головой постоянно кто-то топает.
Дарья сразу насторожилась. Не откладывая, она набрала свекровь.
— Татьяна Павловна, мне сейчас соседка звонила, говорит, будто в нашей квартире кто-то ходит, — стараясь говорить спокойно, произнесла она. — Вы не могли бы съездить и проверить? Вдруг рабочие себе дубликат ключей сделали?
На другом конце линии на миг воцарилась тишина. Затем Дарья услышала тяжёлый, почти театральный вздох, полный страдания.
— Дарьюшка… Ох, Дарьюшка, деточка… — голос Татьяны Павловны задрожал так, словно она вот-вот расплачется. — Какая ещё квартира? У меня давление под сто восемьдесят, я до ванной по стенке добираюсь. Уже и цифры на тонометре толком разобрать не могу. Какие шаги? Дом старый, трубы в стояке гудят, вот ей и мерещится. Эта твоя соседка, видно, совсем на старости лет чудить начала. Ключи у меня в серванте лежат, туда никто и близко не подходит. Ты хочешь, чтобы мать твоего мужа с инсультом прямо на лестнице свалилась?
Дарью тут же накрыло чувство вины. Ей стало стыдно за собственные подозрения, и она начала торопливо извиняться, уверять, что вовсе не хотела тревожить Татьяну Павловну. Но беспокойство всё равно не ушло до конца, поэтому она попросила Ольгу зайти к дому и хотя бы снаружи проверить, что там происходит.
Ольга приехала в тот же вечер. Поднялась на этаж, подёргала дверную ручку, несколько минут постояла у входа, прислушиваясь.
— Даш, здесь глухо, как в склепе, — отчиталась она потом по телефону. — Ни света из-под двери, ни голосов, ни шороха. Похоже, твоя Галина Николаевна правда что-то себе напридумывала.
Дарья тогда облегчённо выдохнула и решила, что всё дело в возрасте соседки и её мнительности. Ей самой было проще принять такую версию. Проще поверить в старые трубы, в плохое самочувствие свекрови и в то, что родня не способна на подлость. Но теперь, в 23:15, хрупкая картинка «идеальной семьи» дала глубокую трещину под аккомпанемент чужого караоке.
Дарья резко пришла в себя, выбралась из-под одеяла и, плотно прикрыв за собой дверь спальни, прошла на кухню. Будить Константина она даже не стала. Муж у неё был неплохой, добрый, спокойный, но перед матерью мгновенно терял всякую твёрдость. В такой ситуации он не стал бы разбираться, а только начал бы просить Дарью «не раздувать скандал» и «сначала всё выяснить по-хорошему».
Она открыла список контактов и набрала Ольгу. Та ответила не сразу, голос у неё был сонный и хрипловатый.
— Оль, прости меня, пожалуйста, что так поздно, — быстро заговорила Дарья, с трудом удерживая дрожь. — Очень прошу, оденься и дойди до моей квартиры. Соседка уже собирается вызывать наряд. У меня там, похоже, гулянка.
— Что? Какая ещё гулянка? — сон с Ольги слетел мгновенно. Профессиональная реакция сработала быстрее любых объяснений. — Я поняла. Через десять минут буду на месте. Телефон не отключай, включу видеосвязь.
Эти десять минут показались Дарье бесконечными. Она ходила по кухне из угла в угол, кусая губы почти до боли. В голове одна за другой вспыхивали безумные версии. Может, квартиру тайно сдали посуточно? Может, туда поселили каких-то знакомых строителей? Или вообще посторонние люди каким-то образом получили ключи?
Наконец телефон коротко пискнул. На экране появилось лицо Ольги, освещённое тусклой подъездной лампочкой.
— Я уже на этаже, — прошептала подруга, повернув камеру к знакомой тяжёлой двери. — Даш, тут и правда движуха. Музыка долбит так, что стены вибрируют. Стучать?
— Стучи, — выдохнула Дарья. — Хоть ногами стучи.
Ольга несколько раз ударила кулаком по двери. Сначала внутри ничего не изменилось, потом музыка заметно стихла. За дверью послышалось ленивое шарканье, щёлкнул замок, и створка распахнулась.
Дарья буквально впилась взглядом в экран.
На пороге её дорогой, вычищенной до блеска квартиры стояла Ирина — младшая сестра Константина, тридцатилетняя золовка. Та самая Ирина, которая годами «искала своё призвание», хваталась за случайные подработки, быстро их бросала и фактически жила за счёт Татьяны Павловны.
Но по-настоящему Дарью ошеломило другое.
На Ирине был её любимый шёлковый халат — тот самый, который Дарья оставила в шкафу на случай редких приездов. В руке золовка небрежно покачивала бокал из хрустального сервиза. А за её спиной, прямо на светлом паркете в прихожей, валялись грязные кроссовки, брошенные как попало. Из глубины квартиры доносился грубоватый мужской смех.
— Чего надо? — Ирина недовольно поморщилась, глядя на Ольгу так, будто та явилась к ней домой без приглашения.
— Это вы кто такая? — Ольга не растерялась и шагнула ближе. — И на каком основании находитесь в чужой квартире?
— В чужой? — Ирина презрительно фыркнула и сделала глоток из бокала. — Вообще-то это квартира моего брата. А ты сама кто такая?
— Я риэлтор и доверенное лицо хозяйки, — холодно ответила Ольга. — А владелица здесь одна — Дарья.
Дарья больше не смогла молчать и резко заговорила в микрофон:
— Ирина. Это я. Немедленно выгоняй всех, кого ты туда притащила, выключай музыку и закрывай квартиру. Завтра утром мы с тобой будем разговаривать.
Услышав из динамика голос невестки, Ирина заметно вздрогнула, но наглое выражение с её лица так и не исчезло.