Она поступила с Ириной так же, как когда-то поступили с ней самой… Ирина вернулась в комнату, взяла телефон и набрала Ольгу. — Ты упоминала работу в Бердичеве?
— Всё ещё актуально? — спросила Ольга.
— Да, — ответила подруга, — сейчас дам тебе номер сестры.
Ирина сразу же связалась с Еленой и согласовала все детали. *** — Чи… тай, — тихо произнесла Тамара Сергеевна. — Вы хотите, чтобы я прочитала это вслух?
Свекровь кивнула в ответ.
Ирина раскрыла первую страницу и начала зачитывать о аспирантуре, о диссертации, посвящённой поэтам, которых так любила Тамара.
О свекрови, которая называла её бесполезной.
О муже, который со временем стал повторять слова матери.
И о клятве: «Я буду другой.
Я никогда не стану такой».
Тамара Сергеевна слушала неподвижно, её лицо оставалось невозмутимым.
Ирина дочитала последнюю страницу тетради и взяла вложенный листок. — А вот это вы написали через неделю после того, как меня увезли в больницу… Вы понимаете, о чём я.
Она прочитала запись вслух.
Когда она закончила, в комнате воцарилась глубокая тишина. *** Тамара Сергеевна потянулась к планшету.
Она долго печатала текст, делала ошибки, стирала.
Наконец повернула экран в сторону Ирины. «Ты хочешь, чтобы я попросила прощения?» — Нет, — ответила Ирина, — мне не нужно вас прощать.
Просто я поняла, что не обязана сдерживать слово, данное вашему сыну.
Вы клялись стать другой, но стали только хуже.
Если ваши обещания — пустой звук, то и моё слово больше ничего не значит. «И что теперь?» — написала свекровь. — Теперь я уезжаю, — сказала Ирина, — а вам найму сиделку.
Хорошую, из патронажной службы.
Деньги найдутся.
Тамара Сергеевна смотрела на неё снизу вверх.
Впервые за восемь лет в её глазах промелькнуло нечто, похожее на растерянность. — Я уезжаю через неделю, — сообщила Ирина.
Она направилась к двери, на пороге остановилась и оглянулась. — Помните, Мандельштам писал: «Мы живем, под собою не чуя страны»?
Вы прожили всю жизнь, не чувствуя людей вокруг.
Даже собственного сына.
Да что там, даже себя. *** За день до отъезда Ирина получила просьбу от Тамары вызвать нотариуса.
Ирина вызвала его и начала собираться в Бердичев.
На город, в котором она провела тринадцать лет, Ирина глядела без сожаления.
В мыслях у неё был другой город и новая работа.
Она размышляла о том, что ей за пятьдесят, о мальчике, которому так и не дала имени, и о женщине, которая когда-то любила стихи.
На следующий день она уехала. *** А спустя год пришло письмо от нотариуса.
Тамары Сергеевны не стало — она тихо ушла во сне.
Свою квартиру она завещала Ирине.
Узнав об этом, женщина горько улыбнулась.
Потом надела халат и отправилась на обход.
В третьей палате её ждала любимая пациентка Раиса Ивановна.
Эта интеллигентная старушка восьмидесяти лет доживала последние дни и знала об этом.
Она уходила тихо и спокойно, но любила, когда ей читают вслух.
Ирина вошла в палату, села у кровати и открыла принесённый томик. — Что вы сегодня хотите услышать? — почти шепотом спросила Раиса Ивановна. — Ахматову.
Ирина начала читать.
Старушка закрыла глаза и счастливо улыбнулась.
