— Я от тебя ухожу, — негромко сказал Маринин муж, опустив глаза с таким видом, будто заранее просил прощения. А она вдруг коротко, устало рассмеялась, и это его явно сбило с толку.
Когда-то в молодости у Марины была подруга Ольга. После развода та повторяла: «Я двадцать лет прожила рядом с призраком». Тогда Марине казалось, что Ольга просто драматизирует.
Но потом Дмитрий в очередной раз забыл дату их свадьбы, зато к дню рождения соседки, тёти Натальи, явился с букетом. Он ни разу не заметил, что жена сменила причёску, зато с удовольствием похвалил новую стрижку продавщицы из углового гастронома. А на общих снимках они с Мариной всё чаще выглядели не как семья, а как случайные люди, оказавшиеся рядом на перроне. И тогда до неё дошло: Ольга была права.
Муж вроде бы находился рядом, но на самом деле его как будто не существовало. Тело — дома, душа — где угодно, только не с ней. Ложишься с ним в одну постель, а ощущение такое, будто делишь жилплощадь с посторонним соседом: всё прилично, спокойно, но совершенно чуждо.
Хуже всего было другое: Марина и сама постепенно превратилась в такую же тень. Она уже не ждала от брака ни тепла, ни радости, ни близости. Остались только кастрюли, квитанции, покупки и вечная домашняя круговерть.
Так всё и тянулось, пока Дмитрий наконец не произнёс эту фразу.
— Я ухожу, — пробормотал он, старательно глядя куда-то в сторону.
Марина тихо выдохнула и едва заметно усмехнулась, будто отмахнулась от давно надоевшей мысли. Всю жизнь её использовали как спасательный круг: кто заболел — к Марине, кто лишился работы — к Марине, кто поругался с друзьями — снова к ней, к проверенной годами «жилетке».
— Да? — спокойно уточнила она, не поднимая глаз от чайника. — И к кому же?
Дмитрий замялся, словно школьник у доски, не выучивший урок.
— К Кристине, — наконец выдавил он. — Она понимает мою тонкую, творческую натуру.
Творческую натуру… У электрика из коммунальной службы! Правда, пару лет назад он купил баян и с тех пор героически пытался освоить две песни, мучая и себя, и соседей.
Марина посмотрела на него так, как смотрят на старую вещь, забытую в шкафу: лысина, живот, недовольная складка между бровями. И где теперь тот парень, ради которого она когда-то надела белое платье?
— Хорошо, — сказала она ровно. — Тогда давай решим, как будем делить квартиру.
— Марина, — Дмитрий растерялся, совершенно не ожидая такого спокойствия.
