Свадебное торжество прошло скромно, но с радостью.
Тамара, облачённая в белое платье, купленное со скидкой, сияла от счастья, а Илья не мог отвести от неё взгляд.
Родители Тамары не смогли присутствовать — отец оставался в больнице после операции, а мать не желала оставлять его одного.
Зато мама Ильи, Нина Сергеевна, проявила все свои умения: она накрыла стол, пригласила близких, даже организовала фотографа. — Ничего, дорогая, — ласково поглаживая Тамару по руке за столом, говорила она, — твои родители ещё обязательно познакомятся с нашей семьёй.
Главное, что вы теперь муж и жена.
Тамара улыбалась и кивала, однако в душе ощущала лёгкую грусть.
Ей так хотелось, чтобы мама с папой были рядом в этот значимый день.
Первые месяцы совместной жизни пролетели незаметно.
Молодожёны обосновались в комнате Ильи в трёхкомнатной квартире Нины Сергеевны.
Комната была небольшой, но уютной — Илья ещё будучи студентом обставил её по своему вкусу.
Тамара аккуратно добавляла свои вещи, стараясь не нарушить сложившийся порядок.
Нина Сергеевна работала главным бухгалтером и привыкла к точности и дисциплине.
Она вставала рано утром, готовила завтрак и отправлялась на работу.
Вечером ожидала, что Тамара поможет с ужином и уборкой. — Ты теперь хозяйка, — говорила она с доброжелательной улыбкой невестке, — нужно учиться вести дом.
Тамара старалась этому научиться.
Она была учительницей начальных классов, работала в школе неподалёку от дома, и после уроков спешила домой, чтобы успеть приготовить ужин и прибраться.
Илья занимался программированием и часто задерживался в офисе, поэтому домашние обязанности в основном ложились на женские плечи. — Мы копим на квартиру, — объяснял он Тамаре, когда она жаловалась на усталость. — Ещё год-два — и съедем.
Потерпи немного.
К концу весны отец Тамары поправился, и родители наконец смогли приехать в гости.
Тамара волновалась, словно перед экзаменом — ей очень хотелось, чтобы всё прошло удачно, чтобы родители понравились Нине Сергеевне, а она — им.
Виктор Михайлович и Светлана Ивановна прибыли из небольшого городка в трёхстах километрах от столицы.
Он работал слесарем на заводе, она — медсестрой в поликлинике.
Простые и трудолюбивые люди, но несколько растерянные в большом городе. — Ох, какая квартира! — восхищалась Светлана Ивановна, оглядывая просторную гостиную. — У нас даже двухкомнатная такой не будет. — Проходите, проходите, — встречала гостей Нина Сергеевна с внешним радушием, но Тамара заметила, как напряглись её плечи. — Чувствуйте себя как дома.
Родители разместились на раскладном диване в гостиной.
Светлана Ивановна сразу предложила помочь с приготовлением еды, но Нина Сергеевна вежливо отказалась: — Спасибо, я сама.
Вы же гости, отдыхайте.
Во время ужина разговор не складывался.
Виктор Михайлович рассказывал о заводе и трудностях жизни в провинции, а Нина Сергеевна слушала с вежливой улыбкой, иногда кивая.
Светлана Ивановна восхищалась одесским метро, магазинами и театрами, и каждое её слово звучало для Нины Сергеевны словно напоминание о различии их миров. — У нас в городе открылся новый супермаркет, — рассказывала Светлана Ивановна, — такой красивый!
Правда, цены кусаются, но выбор огромный! — Да, хорошо, когда много вариантов, — сухо отвечала Нина Сергеевна.
Тамара ощущала нарастающее напряжение и пыталась поддержать беседу, задавая вопросы то одной, то другой стороне.
Илья, казалось, не замечал неловкости и спокойно ужинал.
На следующий день родители отправились на прогулку по городу, а Нина Сергеевна осталась дома — занималась проверкой документов.
Тамара набралась смелости и обратилась к ней: — Нина Сергеевна, большое спасибо, что приняли моих родителей.
Я понимаю, что им, наверное, не очень удобно… — Ничего страшного, — ответила свекровь, не отрываясь от бумаг. — Три дня можно потерпеть.
В её голосе звучала такая холодность, что Тамара поняла — лучше не продолжать разговор.
Вечером, когда родители вернулись с прогулки, Светлана Ивановна принесла на кухню пакет с продуктами: — Я купила творог и сметану, думала испечь оладьи.
У нас дома Виктор Михайлович их очень любит. — Не нужно, — быстро прервала Нина Сергеевна. — У меня свой рацион.
Лучше ничего не менять.
Светлана Ивановна растерялась, но молчала.
Тамара видела, как в глазах матери потух свет, и ей стало горько.
На третий день родители уехали.
Виктор Михайлович крепко обнял дочь на прощание: — Живи хорошо, дочка.
И мужа береги.
— Приезжайте ещё, — сказала Нина Сергеевна на пороге, но слова прозвучали скорее как…
