Уму-разуму никогда не поздно научиться.
Вдруг Виктор выпрямился.
Он взглянул на жену — взъерошенную, раздражённую, но в своём гневе удивительно красивую.
И впервые за долгие годы разглядел в ней не просто удобную спутницу жизни, а полноценную личность. — Игорь, собирай вещи, — произнёс Виктор решительно.
Его голос оставался ровным. — Тамара, возьми клетку и выходи.
Такси я уже заказал. — Вы… вы пожалеете! — визжала Тамара, в то время как Игорь, впервые заметив твёрдость в глазах шурина, торопливо укладывал вещи в сумки. — Я сюда больше не ногой! — Вот и прекрасно! — крикнула ей вслед Алена. — И крысу прихвати с собой!
Дверь захлопнулась.
В квартире воцарилась оглушающая тишина.
Алена прислонилась спиной к двери.
Руки её дрожали.
Виктор подошёл, сел рядом и обнял её за плечи. — Прости меня, — прошептал он. — Я был глуп.
Я просто боялся скандала. — Иногда скандал необходим, чтобы очистить воздух, — улыбнулась Людмила Ивановна, поднимая с пола уцелевший мандарин. — Ну что, дети мои?
У нас есть утка, шампанское и, самое главное, мы вместе.
Часы пробили двенадцать.
Квартира была убрана (втроём справились за час).
Испорченное платье Алена выбросила без сожаления — вместе с ним ушла и её прежняя привычка быть удобной для всех.
За столом собрались только самые близкие.
Виктор не отрывал глаз от жены, полных восхищения.
Людмила Ивановна рассказывала забавные истории из своей молодости.
А где-то на другом конце Черновцов Тамара, сидя в своей неубранной квартире, ела магазинные пельмени.
Игорь, вдохновлённый примером Виктора, впервые отказался бегать за майонезом и ушёл спать, заявив, что устал от её криков.
Алена подняла бокал. — За нас.
И за то, что мы научились беречь свой мир.
Впереди был новый год.
И Алена твёрдо знала: он принесёт счастье.
Потому что теперь она не боялась сказать «нет» и понимала, что муж и свекровь — её настоящая опора.
