В тихой гостиной резкий хруст дорогого шелка прозвучал почти как хлопок пистолета. В сжатой, трясущейся от бешенства руке свекрови остался клочок тонкой светло-голубой ткани.
— Вон из моего дома, неблагодарная гадина! И чтобы я тебя здесь больше не видела! — сорвалась на визг Ольга Сергеевна. Ее обычно прилизанное, напудренное лицо сейчас походило на перекошенную маску какого-нибудь древнего разгневанного идола, которому явно переборщили с косметическими процедурами.
Я стояла посреди комнаты, прижимая ладонь к порванному плечу любимого платья, и вдруг ясно ощутила: внутри окончательно перегорел последний предохранитель. Бывает такое состояние, когда месяцами слушаешь, как где-то монотонно капает вода, терпишь, сжимаешь зубы, а потом кран внезапно срывает с резьбы. И вместо ужаса приходит странная, почти светлая тишина. Вот именно она тогда и накрыла меня.
А началось все примерно за три часа до этого. Ольга Сергеевна, не потрудившись позвонить, просто отперла дверь своим ключом и величественно вошла в нашу с мужем квартиру. Она вообще появлялась у нас именно так — словно проверяющий из санитарной службы, нагрянувший в сомнительную забегаловку. Ее глаза за секунду обежали прихожую в поисках пыли, задержались на моих новых туфлях, а затем впились прямо в меня.
— Мария, нужно поговорить, — заявила она, даже пальто не расстегнув. На нем поблескивали какие-то невероятные стеклянные украшения. — Ты же работаешь в этой своей конторе, где занавески шьют? Ну, или как вы там это красиво называете… текстильный дизайн интерьеров? Не суть. Короче, моей племяннице Алине надо обустроить новую квартиру. Полностью. Шторы, покрывала, накидки на мебель, все сразу, под ключ.
Я тихо выдохнула и осторожно отложила планшет в сторону.
— Ольга Сергеевна, у нас сейчас полный аврал. Свадебный сезон, ресторанные заказы, сроки горят. Но если Алина сможет подождать хотя бы месяц и придет на консультацию, я внесу ее в график.
Свекровь посмотрела на меня с таким выражением, будто я только что предложила ей есть дешевую тушенку ложкой прямо из жестяной банки.
— Месяц? Ты, кажется, не услышала. Алина выходит замуж уже в следующую субботу. Квартира должна выглядеть идеально, как конфета. И еще важный момент: денег у Алины сейчас нет, свадьба все вытянула. Поэтому ты сделаешь это по-семейному. Через знакомых. Бесплатно, Мария. Материал возьмешь со склада, оформите как брак или остатки. Тебе для родных жалко, что ли?
Где-то внутри неприятно шевельнулось ледяное предчувствие. В понимании Ольги Сергеевны выражение «по-семейному» всегда значило одно: из тебя выжмут все соки, а потом еще и потребуют благодарности. Алина, тридцатилетняя барышня с вечно недовольной, капризно выпяченной губой, была для нее любимицей и светом в окне. Я же оставалась всего лишь неудобным дополнением к ее драгоценному сыну Максиму.
Я уже понимала, что сейчас мне придется объяснять ей очевидные вещи.
