Часть I: Вторжение в комод
— А ну положи на место! — выкрикнула Марина, замерев в дверях собственной спальни. Сумка с продуктами выпала из её рук, и пакет молока глухо лопнул, заливая паркет белой лужицей. Но она даже не посмотрела вниз. Всё её внимание было приковано к фигуре, хозяйничающей у открытого комода.
Елена Викторовна, женщина грузная и монументальная, даже не вздрогнула. Она продолжала методично, с брезгливой гримасой, двумя пальцами выуживать из ящика кружевные комплекты.
В её другой руке шуршал плотный черный пакет для мусора, куда уже отправилась добрая половина гардероба Марины.
— Ты чего кричишь? — спокойно спросила свекровь, наконец соизволив обернуться. В её взгляде не было ни тени вины — только снисходительное утомление воспитательницы, обнаружившей у подопечного запрещенную игрушку. — Рано ты сегодня. Я думала, успею навести порядок до твоего прихода. Чтобы Пашеньку не расстраивать.
Марина сделала шаг вперед, чувствуя, как внутри закипает ледяная ярость. На кровати, поверх шелкового покрывала, лежала стопка серого, унылого трикотажа.
Огромные, похожие на парашюты хлопковые трусы и бесформенные ночные рубашки, напоминающие саваны.
— Какой порядок? — Марина подошла вплотную, вырывая пакет из рук свекрови. — Это мои вещи! Кто дал вам право?!
Пакет затрещал. Елена Викторовна вцепилась в него мертвой хваткой.
— Это не вещи, милочка, это срам, — отрезала она. — Я, когда это увидела, чуть со стыда не сгорела. Красное, прозрачное… Тьфу! В таком только девицы на панели стоят, а не замужние женщины. Я вот тебе нормального белья купила. Хлопок, дышит. А эту синтетику я на помойку снесу.
Внутри пакета что-то хрустнуло — кажется, косточка дорогого бюстгальтера. Этот звук стал для Марины точкой невозврата.
Она с силой рванула мешок. Полиэтилен лопнул, и на пол пестрым дождем посыпались кружева и шелк. Черный комплект, который муж подарил ей на годовщину, теперь валялся у ног свекрови, как израненная птица.
— Вон из моей квартиры! — прошипела Марина. — Немедленно отдайте ключи и уходите, пока я не вызвала полицию!
Елена Викторовна выпрямилась во весь рост.
